Михаил (mikle1) wrote,
Михаил
mikle1

Categories:

Украина на дыбе. Александр Проханов

Как мне жаль Украину! Жаль до слёз эту прекрасную, вос­хитительную землю, её добро­душный, многомудрый, трудолюби­вый народ. За что Украине выпала такая беда?

Отроком под Кременчугом, в селе Беляки, я уже обожал эти бескрай­ние украинские степи с душистыми подсолнухами и хлебами. Дід Дани­ло, у которого я жил, ходил по утрам с лёгкой сеточкой на тихую речку с белыми лилиями. Приносил домой огромных золотых карасей и потчевал меня. Под Черниговом, в городке Седнев, я гулял по прохладным дубравам, и казалось, среди этих дубов вот-вот появится богатырь. И я вслушивался: не стучат ли по лесной дороге копыта могучего коня?


http://maloros.org/wp-content/uploads/2019/10/20191030-084604-01.jpg

В Чернигове храм Параскевы Пят­ницы на Торгу казался совершенством, поражал изяществом и волшебной гармонией. В Сорочинцах я был на яр­марке и не забуду это восхитительное соцветие: шум, гам, разгорячённые лица, соломенные шляпы, душистые борщи, ликование, пляс, благодушная радость, которую может источать толь­ко добрый и весёлый народ.

В Чернобыле, когда взорвался чет­вёртый проклятый блок и остатки реактора опускались вниз, прожигая бетонную пяту, грозя чудовищным взрывом грунтовых вод, я погружался в штольню под этот реактор. Штольню пробивали донецкие шахтёры. Лихие парни по шаткой колее выталкива­ли наружу вагонетки, полные грунта. Я стоял, поддерживая руками пяту, словно хотел удержать чудовищный, горящий над моей головой реактор.

На ракетном заводе «Южмаш», ве­личественном советском красавце, я разглядывал грандиозную, страш­ную своим видом ракету, наречённую противником «Сатаной». Эта ракета спасла мир от ядерной катастрофы, привела к ракетно-ядерному паритету, остановила зловещую гонку.

На харьковском заводе «Турбоатом» я любовался грандиозными сверкаю­щими слитками, которые медленно вращались, и острый резец снимал с них сияющую стружку. Я держал в ру­ках этот тёплый стальной завиток. В КБ имени Антонова я видел невероятные по своим размерам и мощи самолёты «Руслан» и «Мрия», те, на которых до­ставлялся на Байконур космический челнок «Буран». Днепрогэс, создан­ный из красного гранита и хрусталя, казался мне совершенством. С бла­гоговением я касался граней этого восхитительного кристалла.

Господи, за что ты наделил Украину этой сегодняшней страшной долей? За что послал ей череду правителей, каждый из которых был хуже пред­шествующего? Кравчук, коммуни­стический расстрига и оборотень, по-разбойничьи, с Ельциным и Шушкевичем, разгрызли на куски Совет­ский Союз. Теперь, когда я смотрю на состарившееся, потускневшее лицо Кравчука, вижу в нём тоску и неуве­ренность человека, предавшего своего благодетеля. Кучма, директор вели­кого «Южмаша», став президентом независимой Украины, этого обломка Советского Союза, неужели он не чув­ствовал, что его великолепный завод обречён на гибель? Написав книгу «Украина — не Россия», неужели не по­нимал, что это реквием по «Южмашу»?

Президент Ющенко, который от­равил себя стволовыми клетками и те кипели в нём, превратив его лицо в глыбу застывшей лавы, он, откры­тый националист и русофоб, неужели не дорожил той великой советской цивилизацией, в которой Украина играла славную роль? Он поменял эту роль на местечковость, на недально­видность хуторянина, предпочитаю­щего украинский «млын» советским электронным заводам.

Янукович, которого считали про­русским. Его прорусскость заключалась в том, что он жадно глотал российские кредиты, которые потом растворя­лись среди его махинаций. Тяжёлый, неразвитый, с бременем уголовных дел, он оказался трусом, сбежал с ко­рабля в период, когда Украина падала в пропасть.

Я стоял на Майдане среди ледяной снежной пурги, опуская замёрзшие руки в железную бочку, на дне которой тлели дрова и угли. Слышал, как ветер треплет брезент палатки, на кото­рой был приколот портрет Бандеры. Молодые люди в вязаных шапочках обступили меня и приглядывались, и я чувствовал на себе их угрюмые бес­пощадные взгляды — за день до кош­мара на улице Грушевского.

Украина вышла на Майдан, полагая, что вершит великую европейскую ре­волюцию, после которой человечество пойдёт другим путём — очищенное, просветлённое, исполненное твор­чества. А вместо этого получила пре­зидентом Порошенко — плотоядное чудище, имитирующее украинский путь в Европу. Он все эти годы обирал несчастную страну, собирал дань с газа, стали, хлеба, украинского чернозё­ма. Он раздобрел на крови Донбасса, стал ненавистным для Украины. Он впустил в украинскую политическую жизнь странные существа, похожие на жуков-короедов, которые изгрызли, превратили в труху древо украинской истории. Из каких личинок, из каких щелей появились эти аваковы, клим­кины, тягнибоки? Как они пролезли во все поры украинской жизни? Мел­котравчатые, злые, алчные…

И теперь из этого шевелящегося скопища появляется Зеленский. Хох­мач, хохотун, живчик, как стрекоза, он порхает над украинским пепелищем. И это он станет президентом Укра­ины? Он спасёт Украину от краха? Создаст единую украинскую нацию? Превратит Украину в европейскую страну, подобную Франции? Обеспе­чит мир на Донбассе? Остановит тер­рористические группы, нацеленные на русский Крым?

Юмористы — это особый народ. У них организм вырабатывает смех в любое время дня и ночи, по любому поводу. Юмористы всё время шутят, всё время смешат. Иногда удачно, а чаще неудачно. Они вырабатывают смех, как желудочный сок. Смеются над всем, как «Шарли Эбдо» смеётся над утонув­шим младенцем. Юмористы — это те, кто своим смехом превращает в труху любые ценности, любые мучительные проблемы. Зеленский — это волосок из бороды Коломойского. И этот воло­сок становится президентом Украины?

Вспоминаю друзей моей молодости, украинских художников и писателей, которые мечтали о независимой Укра­ине и называли меня русским импе­риалистом. Пели мне, москалю, див­ные украинские песни, среди которых запомнилась мне одна, осуждавшая Хмельницкого: «Ой, Богдане, Богдане, неразумный ты сыну, занапастив вийско, сгубив Украину». Вспоминаю наши разговоры о российско-украинской истории, о Ключевском и Костомарове, о несхожей пластике украинских и русских церквей, о непохожей красоте украинских и русских икон. Я спорил, отбивался от их яростного оснащённо­го интеллектуализма, что не мешало мне восхищаться художницей Ганной Собачко, с её волшебными цветами, листьями и ягодами.

Олесь Бузина, с которым мы спо­рили, был украинский империалист. Он мечтал о сохранении империи, но так, чтобы столица этой империи из Москвы перетекла в Киев, ибо Киев — мать городов русских. Где эти украинские философы, литераторы, мистики? Где украинские стратеги, ко­торые смогли бы сберечь драгоценную советскую цивилизацию, взращивая населявшие её народы до той сложно­сти, при которой между ними исчезнут всякие этнические противоречия, вме­сто того чтобы упрощать эти народы? И упростившись, эти народы слиплись, как куски разноцветного пластилина, образовав серое неразличимое месиво.

Когда я думаю о сегодняшней Укра­ине, вспоминаю КБ имени Антонова. Цех, где испытывались на прочность самолёты. Я помню самолёт, помещён­ный в огромную клеть, в гигантский стальной штатив, словно его подняли на дыбу. Его растягивали стальны­ми канатами, выкручивали суставы, в него ввинчивали свёрла, отрывали листы обшивки. Самолёт стенал, ры­дал, а его продолжали мучить.

В этом цехе внезапно появился странный человек. Он был молод, тем­новолос и подвижен. И он всё время смеялся. Что-то в этом умирающем самолёте казалось ему смешным. Быть может, это был будущий президент Украины?

Ещё накануне украинских выборов во время дебатов на стадионе в Ки­еве было очевидно, что Зеленский победит. Порошенко выступал сыто, откормленно. Он объелся мяса — того, растерзанного снарядами на Донбассе, и того, что обугленное лежало на улице Грушевского в дни Майдана.

Зеленский выглядел голодным, он выступал натощак. Он был под­жарый, в глазах его горел огонь гастрономических желаний. Он рвался к мясу. И мясо, заполнившее трибуны стадиона, ревело, свистело, радуясь тому, что скоро будет съедено.

Как случилось, что победители Майдана, натолкав своих людей по­всюду — в политические верхи, в эко­номику, промышленность, в газеты и на телевидение, в культуру, в ди­пломатические ведомства, в партии, в армию, как случилось, что все эти тягнибоки и яроши, климкины и ава­ковы, коломойские и порошенки, за­грабастав себе всю Украину, закатав её в многослойный гудрон, допустили, чтобы сквозь этот гудрон пробился Зе­ленский? Он пробился не как травинка в крохотную щель. Не как упрямый гриб сквозь лопнувшую коросту ас­фальта. Он появился сквозь гигант­скую пробоину, которая образовалась в украинский элите, что безраздельно контролировала власть на Украине с 2014 года.

Как наши российские политоло­ги, изнемогая на политических шоу, состязаясь с чубатыми или лысыми «западэнцами», как они могли про­воронить явление Зеленского?

Может быть, русская разведка присылала из Киева в Кремль анали­тические справки о скором триумфе Зеленского? Может быть, русская ди­пломатия после позора Черномырдина и Зурабова очнулась и призывала Мо­скву присмотреться к эстрадному хох­мачу, к его бегающим глазкам и острым зубкам? Нет, интеллект российских разведчиков и политологов сплоховал. Их слух был восприимчив к скрежету гусениц на Донбассе, к шёпоту тай­ных осведомителей и агентов, но он не был восприимчив к смеху. Смех не воспринимался ими как оружие, не воспринимался как страшная сила, способная разрушать империи, уничто­жать репутации, свергать вождей и мо­нархов, превращать святыни в горы мусора, принуждать народ плясать чечётку на костях мучеников. С огром­ным опозданием, за день до финаль­ных выборов, они поняли, что смех и шоу-бизнес стали владыками мира. «Владыкой мира будет смех!» — это один из самых главных и драгоценных уроков победы Зеленского.

Шоу-бизнес с его отвратительным бесстыдством, с его порочными ко­ролями и королевами подбирается к Кремлю. На русское общественное мнение обрушиваются ударные вол­ны смеха, разбивая вдребезги черепа обезумевших обывателей. Они уже больше не могут без смеха, «подсе­ли» на смех. У них начинается ломка, если их отлучают от вечно хохочущего «Эха Москвы», от «Камеди клаб» с его непрерывным гоготом, от Петросяна с его смешками и ужимками, от Урган­та, который вдыхает кислород, а вы­дыхает веселящий газ, отчего дуреют зрители его телепрограмм. Смеш­ки и анекдотики, которыми грешит даже Норкин, эти смешки сползают куда-то вглубь трусов и там, ниже по­яса, находят повод посмеяться.

После победы Зеленского центр украинской государственности пере­местился из Киева в Одессу, в эту сто­лицу мирового смеха, туда, где живёт «дежурный по стране» Жванецкий, откуда, как крылатые муравьи, вы­летают сонмы смехачей, наполняя эстрады, клубы, сатирические журна­лы, теле- и радиопередачи. Одесская смеховая культура является фактором мировым. «На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон-Бич опять идут дожди».

На одесском крематории висит надпись «Смех и пепел». Смеховая культура победила. Теперь нельзя бу­дет без смеха говорить о детях, умира­ющих от онкологических заболеваний. О стариках, которые рыдают, когда на их глазах разрушаются памятни­ки великой войны. Об ополченцах Донбасса, стоящих насмерть у окраин Луганска и Донецка.

Когда Зеленский станет во главе страны, ему не хватит своих украин­ских шоуменов, он может обратиться к России. Алла Борисовна Пугачё­ва с её суррогатным материнством вполне может стать министром обо­роны Украины. Галкин возглавит Министерство иностранных дел. Киркоров пойдёт в Министерство культуры. Музыкант Макаревич ста­нет министром по делам восточных территорий.

Пускай Зеленский пригласит на должность главы Госсовета Ксению Анатольевну Собчак. Но та не пойдёт. Она рвётся в Кремль. Рассказывает о своих любовниках, показывает голые ягодицы, обнажает следы пластических операций. Она хочет стать президен­том России. Все геи и лесбиянки видят в ней своего кандидата. Когда она обы­грает на выборах усталых и изнурён­ных представителей партий, под вос­торженный рёв почитателей будет присягать в Кремле на Конституции, вместо своей первой президентской речи она сделает шпагат, подражая Анастасии Волочковой. И мы услышим хруст её сухожилий и костей и востор­женный хохот обожателей.

Среди этого вселенского смеха ни­кто не заметит, как по тайному водо­стоку льётся бесконечная река славян­ских слёз, и от них на пространствах Украины и России образуются солон­чаки, белоснежно сверкая на солнце.

http://maloros.org/articles/3092/
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo mikle1 december 4, 2013 18:13 18
Buy for 100 tokens
И ВСЕГО ЛИШЬ ЗА 100 ЖЕТОНОВ. ПОКА СВОБОДНО. Мы же открыли проект http://naspravdi.info, в котором не только материалы топ-блоггеров, но и новости с Украины. Живущие на остатках некогда самой процветавшей республики Союза вынуждены каждый миг переживать за свою жизнь, за своих близких и думать…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments