Михаил (mikle1) wrote,
Михаил
mikle1

Categories:

Личная стратегическая разведка Сталина



Деятельность Сталина по управлению государством и его взаимодействию на внешнеполитической арене таит много скрытых механизмов, которыми он так успешно пользовался. Одним из таких механизмов могла быть его личная стратегическая разведка и контрразведка, о которой много рассказывал в своих книгах и интервью Владимир Жухрай, представляющий себя одним из руководителей этого органа.

Документальных подтверждений этому практически нет, такая структура вряд ли оставляла после себя какие-либо документы. Можно по-разному относиться к утверждениям Жухрая, по крайней мере, многие приводимые им факты подтверждают происходившие в то время события и жёсткую борьбу Сталина со своим окружением вместе с его стремлением обеспечить безопасность и развитие страны во враждебном окружении, для чего нужна была объективная и беспристрастная информация. Возможно, Жухрай что-то и приукрасил – не без этого, но логика действий Сталина была именно такой, как её представляет автор.

Упоминания о «секретной службе» Сталина встречаются довольно часто: одни российские историки спецслужб отрицают её наличие и считают Жухрая чуть ли не «сыном лейтенанта Шмидта», другие – наоборот, что такая разведка должна была быть и, по всей видимости, существовала с 1925 года, когда Сталин после смерти Ленина начал борьбу со своими соратниками за власть и выбор пути дальнейшего развития страны.


Став генеральным секретарём, он, естественно, с учётом своего опыта подпольной деятельности и развернувшейся борьбы с оппозицией в партии, стал создавать структуры, подотчётные лично ему и выполняющие только его указания. Не следует забывать, что в период Октябрьского переворота он входил в тройку партии (Дзержинский, Сталин, Урицкий), плотно работавшей с контрразведкой Генерального штаба царской армии по захвату власти в стране. Эти специалисты, их связи и агентура сохранились – они могли быть включены в структуру личной разведки Сталина и успешно работать на советскую власть.

Структура работала в двух направлениях: контрразведка по всей без исключения партийно-хозяйственной элите, в том числе и по членам Политбюро, в котором были далеко не безгрешные ангелы, и разведка – по проникновению в особо секретные государственные тайны и взаимоотношения руководителей зарубежных стран. Информация необходима была для осмысления внутренних и мировых процессов, подлинных взаимоотношений и движущих мотивов различных политических и экономических сил и для грамотного принятия тех или иных государственных и политических решений. В задачу разведки Сталина также входило изучение и регулярное освещение деятельности за рубежом наиболее важных и известных в мире политических деятелей. Получаемые сведения Сталин передавал, не указывая источника, в НКВД и военную разведку для использования в их работе.

По воспоминаниям Жухрая, для этой структуры не было секретов, которые она не могла добыть или купить. Вся партийно-хозяйственная элита страны находилась под круглосуточной прослушкой, и все их «тайны» были известны. В структуре работало около 60 тщательно подобранных уникальных специалистов, знавших по несколько языков и обладавших знаниями в смежных специальностях, а также громадная сеть агентов и осведомителей по всему миру. Для решения поставленных задач руководители разведки обладали практически неограниченными финансовыми ресурсами, деньгами, валютой, бриллиантами и золотом. Всё это позволяло иметь агентов и в высших кругах различных стран, в том числе в Японии, Германии и Англии.

Необходимость такой разведки была острейшей: она работала параллельно со штатными разведорганами страны, добывала и многократно перепроверяла добытую всеми информацию, и на основе результатов её деятельности Сталин принимал окончательные решения. В такой структуре должны были работать интеллектуалы высочайшего класса с аналитическими способностями, и таких людей тщательно подбирали. Они были идейными сторонниками Сталина – перекупить их было невозможно.

Кто же руководил этой разведкой, и в чём она себя проявила?

Сыновья Сталина

Жухрай утверждает, что начальником разведки был генерал Александр Джуга, и он якобы был незаконнорождённым сыном Сталина. Возможно, это собирательный образ, поскольку у Сталина действительно были такие сыновья. Находясь в ссылке в 1909-1911 годах в Сольвычегорске, он сожительствовал с хозяйкой квартиры, у которой потом родился сын Константин Кузаков, а в ссылке в 1914-1916 годах в Курейке Туруханского края он сожительствовал с 14-летней Лидией Перепрыгиной, у которой также родился сын Александр Давыдов. Сталин обещал жандармам жениться на ней, когда она достигнет совершеннолетия, но в 1916 году он бежал из ссылки и больше не вернулся.

Константин Кузаков и Александр Давыдов реально существовали, а вот являлись ли они детьми Сталина и причастны ли к его личной разведке, можно только предполагать. Некоторые современники Жухрая и его считали сыном Сталина, но он всегда утверждал, что ему об этом никто не говорил, и мать, известный врач, обслуживающая высшие эшелоны власти, так и не сказала, кто же его родной отец. По крайне мере, Сталин безоговорочно доверял Джуге и Жухраю, а к последнему относился очень тепло и по-отечески.

Жухрай попал в стратегическую разведку в 1942-м, Сталин три месяца к нему присматривался, а потом стал полностью доверять. В 1948-м он назначил способного юношу первым заместителем Джуги и начальником аналитического отдела разведки и присвоил звание генерал-майора. К Сталину они являлись загримированными, их встречал Поскребышев, проводил к вождю, и они ему докладывали о добытой информации.

Взаимоотношения с руководителем МГБ Абакумовым

В своих воспоминаниях Жухрай не раз останавливается на личности Абакумова, успешно руководившего во время войны СМЕРШ и потом возглавившего Министерство госбезопасности.
Он подчёркивает его карьеризм, нечистоплотность, стремление к фабрикации липовых дел на советских руководителей и военных во имя продвижения по карьерной лестнице. Об этих же качествах Абакумова писал в своём дневнике и генерал Серов, который, будучи заместителем Берии, постоянно конфликтовал с Абакумовым по методам работы. Джуге и Жухраю Сталин поручал перепроверять предоставляемые МГБ материалы и давать своё заключение.

Абакумов упорно стремился в карьеристских целях в 1946-1948 годах сфабриковать «дело маршалов» по аналогии с «заговором Тухачевского». Был убеждён в существовании военного заговора в стране и причастности к нему маршала Жукова, а также курировал «дело авиаторов» и «дело моряков». Последнее – по обвинению командующего ВМФ адмирала Кузнецова в шпионаже на Англию, на основании чего Абакумов просил Сталина санкционировать арест адмирала.
по
Сталин поручил Джуге разобраться в «деле моряков». После выяснения всех обстоятельств в деле по обвинению Кузнецова в передаче Англии во время войны документации на секретные торпеды Сталину было доложено, что никакого заговора нет, и всё это бредни Абакумова. Командующий ВМФ допустил халатность, приведшей к разглашению секретных сведений по новому оружию, за что Кузнецов в 1948 году был понижен в звании.

Деятельность Абакумова по поиску «заговоров» привела к тому, что его в июле 1951 года арестовали и самого обвинили в сионистском заговоре в МГБ. После смерти Сталина Хрущёв не хотел выпускать на свободу Абакумова, слишком много знавшего о верхушке советских правителей. Обвинение ему переквалифицировали в фальсификацию «ленинградского дела» и судом приговорили в декабре 1954 года к расстрелу.

Дело авиаторов

Абакумов затеял дело против руководителей авиационной промышленности и ВВС, обвинив их в 1946 году во вредительстве и сговоре по принятию во время войны на вооружение самолётов с серьёзными недоделками и большим браком. Он доложил Сталину о многочисленных катастрофах самолётов и гибелях лётчиков за все годы войны. Шахурин гнался за показателями выполнения плана и выпускал некачественную продукцию. Военные закрывали на это глаза, и в армии лётчики погибали из-за некачественных самолётов.

Министра Шахурина и главкома ВВС Новикова арестовали, подвергли «активному допросу», и они признали вину о поставках в армию дефектных самолётов. Это привело к аресту ряда руководителей авиационной промышленности и офицеров ВВС.

Абакумов убеждал Сталина в том, что это заговор, и они занимались вредительством, сознательно поставляя в армию некачественные самолёты, и требовал их сурового наказания. Сталин опроверг эти обвинения, поскольку эти люди много сделали для победы в войне и не могли заниматься вредительством, и поручил Джуге перепроверить данные Абакумова. Проверка выяснила, что никакого заговора не было, а существовавшая практика поставки в войска некачественной продукции была следствием того, что на фронт требовалось большое количество самолётов, и их не успевали изготавливать должным образом.

Суд рассмотрел «дело авиаторов» и за выпуск некачественной продукции и скрытие этих фактов от руководителей государства приговорил обвиняемых в мае 1946 года к различным срокам заключения, небольшим по тем временам.

В связи с «делом авиаторов» был освобождён от должности второго секретаря ЦК Маленков и направлен Сталиным в длительную командировку на периферию. Вторым секретарём ЦК стал Жданов, который скоропостижно умер в 1948 году, и это послужило началом «дела врачей». Сталин вернул Маленкова в 1948 году в Москву, сделав секретарём ЦК по кадровой политике в партии и государстве, вопреки протесту Джуги, презрительно называвшего Маленкова «Маланьей» и утверждавшего, что он затаившийся антисоветчик, который себя ещё покажет.

Дело маршала Жукова

В процессе следствия по «делу авиаторов» Абакумов доложил Сталину, что главком ВВС Новиков обратился к вождю с письмом, в котором утверждал, что во время войны они вели с Жуковым антисоветские разговоры, в которых Жуков критиковал Сталина, заявляя, что все операции во время войны были разработаны им, а не Сталиным, и Сталин завидует его славе, и что Жуков может возглавить военный заговор. Арестованный и допрошенный близкий к Жукову генерал Крюков также утверждал о бонапартистских наклонностях Жукова. Абакумов попросил разрешения арестовать Жукова, так как он шпион. Сталин грубо прервал его и сказал, что хорошо знает Жукова – он малограмотный в политическом отношении человек, во многом просто хам, большой зазнайка, но никакой не шпион.

Абакумов зачитал письма военных, в которых утверждалось, будто Жуков настолько зазнался, что окончательно потерял над собой всякий контроль, впадая в гнев, без причины срывает погоны с генералов, унижает их и оскорбляет матом, обзывает оскорбительными кличками, в ряде случаев дошёл до рукоприкладства, и работать с ним стало невозможно.

Сталин поручил Джуге разобраться с тем, не задумал ли Абакумов поссорить его с руководством вооружённых сил. После выяснения сути дела Джуга, по команде которого с 1942 года прослушивалась квартира Жукова, доложил Сталину, что Абакумов из карьеристских ухищрений затеял дело по «заговору Жукова», которого нет, а ведётся только дело о расхищении военными трофейного имущества, и Жуков ожидает ареста. Он подчеркнул, что у Жукова большие заслуги перед страной, и он не заслуживает уголовного преследования, а за хамское отношение к подчинённым его стоит понизить в должности.

На расширенном заседании Политбюро в 1946 году с приглашением всех маршалов выступил Сталин и высказал претензии к Жукову, военачальники поддержали вождя. Жуков молчал и не оправдывался, его освободили от занимаемой должности заместителя наркома обороны и перевели командующим Одесским военным округом.

Болезнь Сталина

В декабре 1949 года Сталин перенёс на ногах третий инсульт и кровоизлияние в мозг. Самые близкие к нему люди стали замечать, что с вождём происходит неладное – он стал совершенно другим человеком и очень подозрительным.

И так малоразговорчивый, теперь он говорил лишь по крайней необходимости, очень тихо и с большим трудом подбирая слова. Перестал принимать посетителей и читать служебные бумаги. Ходил с большим трудом и вынужден был опираться на стены. Не сумел он и выступить с ответным словом на торжественном заседании в честь его семидесятилетия, молча сидел бледный в центре президиума.

Как-то Сталин пожаловался Джуге, что он больной и старый человек, которому давно пора отойти от дел, но который по-прежнему вынужден распутывать всевозможные интриги, бороться с изменниками, очковтирателями, карьеристами и казнокрадами.

Соратники Сталина

В конце августа 1950 года Джуга докладывал Сталину о плане широкомасштабной тайной войны США против СССР, осуществление которого должно было привести к распаду СССР и реставрации капитализма. Этот план, детально разработанный в ЦРУ, был получен из Вашингтона.

Джуга предложил коренным образом улучшить работу МГБ: Абакумов-то явно не справляется с должностью министра, в погоне за «громкими» делами он дискредитировал государство и власть, облегчая работу западным спецслужбам. Также он выразил сомнения о деятельности соратников Сталина, таких как Берия, Маленков, Микоян и Хрущёв, и предложил созвать съезд партии, обновить Политбюро, выдвигать к руководству партией и страной новых людей, а некоторых старых членов Политбюро отправить на заслуженный отдых.

Вокруг отдельных членов Политбюро действительно начали сколачиваться устойчивые группы лиц, связанных узами личной дружбы и преданности.

Вокруг Маленкова сгруппировались секретарь ЦК Кузнецов, заместители председателя Совмина Косыгин, Тевосян и Малышев, а также маршал Рокоссовский, заведующий отделом административных органов ЦК Игнатьев.

Вокруг члена Политбюро, заместителя председателя Совмина и председателя Госплана Вознесенского – председатель Совета Министров РСФСР Родионов, работники Ленинградской партийной организации Попков, Капустин, Лазутин, Турко, Михеев и другие.

Вокруг члена Политбюро, заместителя председателя Совмина Берии – его давнишние «соратники» Меркулов, Кобулов, Мешик, Деканозов, удалённые из МГБ, а также генералы Гоглидзе и Цанава, ещё работающие в органах государственной безопасности.

Сталин поручил своей стратегической разведке пристально наблюдать за этими группировками и регулярно ему докладывать.

Молотов и Жемчужина

Всё большие подозрения у Сталина начал вызывать его соратник и друг Молотов. Абакумов регулярно напоминал Сталину, что с 1939 года жена Молотова Полина Жемчужина будто бы имеет подозрительные связи с антисоветскими элементами. Она вскоре дала повод для своего ареста, открыто установив дружеские отношения с послом Израиля Голдой Меир.

После нескольких зафиксированных встреч с израильским послом, пытавшейся вести провокационную работу среди еврейской советской интеллигенции, Полина Жемчужина по приказу Сталина в феврале 1949 года была арестована, а Голда Меир была выслана из страны. Сталин за ходом расследования по делу жены Молотова следил лично.

Ненависть Сталина к Жемчужиной была связана со смертью жены Сталина Надежды Аллилуевой, страдающей тяжелой формой шизофрении. Он считал Жемчужину повинной в самоубийстве своей жены, что именно её провокационные «рассказы» о Сталине во время длительной последней прогулки в Кремле с Надеждой Аллилуевой накануне её самоубийства подтолкнули к этому трагическому акту.

Однако каких-либо конкретных уличающих материалов о её предательской деятельности получено не было. Абакумов путём «активных допросов» арестованных из ближайшего окружения Жемчужиной добился показаний, что якобы Жемчужина вела с ними националистические разговоры. Джуга доложил Сталину, что против Жемчужиной нет никаких компрометирующих материалов, и она никаких показаний с признанием своей вины не даёт.

Готовившийся Абакумовым открытый судебный громкий процесс по делу «буржуазных националистов» во главе с Полиной Жемчужиной не состоялся. Арестованных «националистов» во главе с Жемчужиной осудили Особым совещанием МГБ, и они получили тюремные сроки.

Ленинградское дело

В июле 1949 года разведка Сталина получила из Лондона сообщение о том, что второй секретарь Ленинградского горкома партии Капустин, находившийся в Англии в командировке, якобы завербован английской разведкой. Капустин был близким другом секретаря ЦК Кузнецова и первого секретаря Ленинградского обкома и горкома партии Попкова.

Вскоре Капустин был арестован по обвинению в шпионаже в пользу Англии, и при «активном допросе» не только признал факт его вербовки, но и дал показания о существовании в Ленинграде антисоветской группы во главе с членом Политбюро, заместителем Председателя Совмина Вознесенским, секретарём ЦК Кузнецовым, председателем Совмина РСФСР Родионовым и первым секретарём Ленинградского обкома и горкома партии Попковым.

В это время среди партийного актива ходили слухи, что Сталин якобы в качестве своих преемников предполагает назначить на пост Генерального секретаря ЦК Кузнецова, а Председателем Совмина Вознесенского.

Все они давно уже были на прослушке у команды Джуги, и тот предоставил Сталину записи разговоров их пьяной компании. На этой записи Попков заявил, что товарищ Сталин плохо себя чувствует и, похоже, скоро отойдёт от дел, и надо подумать, кто пойдёт ему на замену. Капустин сказал, что Председателем Совмина может стать Вознесенский, а Попков в генсеки определил Кузнецова и предложил тост за будущих руководителей государства. Сталин поинтересовался, как вели себя Вознесенский и Кузнецов – те промолчали, но за предложенный тост выпили.

Далее Попков предложил создать компартию РСФСР, Кузнецов это поддержал и добавил: «…а столицей РСФСР объявить Ленинград». Прослушав это, Сталин задумчиво произнёс, что они, по всей видимости, хотят вытащить основу из-под союзного правительства. Джуга посчитал, что всё это лишь пьяная болтовня, но Сталин резонно заметил, что все заговоры в истории начинались именно с невинной пьяной болтовни.

Для страдающего подозрительностью Сталина такой оборот с его соратниками многое значил, и они все были арестованы. Разбирательство длилось более года, и в сентябре 1950-го все они в суде полностью признали свою вину и были приговорены Военной Коллегией Верховного суда к расстрелу. Сталин после инсульта уже не мог детально разобраться в «ленинградском деле». Он в присутствии Абакумова лично передопросил Вознесенского и Кузнецова, и они подтвердили свою вину. После этого ленинградская партийная организация была разгромлена, и Сталин лишился группы своих верных соратников, которые не заговор готовили, а необдуманно высказывали свои мнения.

По целому ряду косвенных признаков личная разведка Сталина действовала очень эффективно, выходя на высшие круги и закулисные силы внутри страны и за рубежом. В связи с этим Сталин досконально понимал механику политических событий в стране и мире, и его действия отличались исключительной эффективностью.

Личная разведка Сталина существовала вплоть до его смерти, а потом… исчезла. Её сотрудники занялись своими делами: кто стал писателем, кто исследователем, при этом, конечно, особо не распространяясь о бурном прошлом.

Юрий Апухтин, https://apuhtin18.livejournal.com/80565.html
Tags: Апухтин, Сталинизм
Subscribe

Posts from This Journal “Сталинизм” Tag

promo mikle1 декабрь 4, 2013 18:13 18
Buy for 100 tokens
И ВСЕГО ЛИШЬ ЗА 100 ЖЕТОНОВ. ПОКА СВОБОДНО. Мы же открыли проект http://naspravdi.info, в котором не только материалы топ-блоггеров, но и новости с Украины. Живущие на остатках некогда самой процветавшей республики Союза вынуждены каждый миг переживать за свою жизнь, за своих близких и думать…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments