С капиталистическим кальмаром пора кончать
Корейский сериал "Игра в кальмара" стал самым просматриваемым на платформе Netflix в 90 странах мира. Сериал рассказывает историю корейского бедняка-неудачника, который отправляется играть в смертельную игру, созданную неизвестными богачами. Бедные корейцы сражаются насмерть в борьбе за 46 миллиардов вон (около трех миллиардов рублей).
Как говорит декан факультета международных отношений и политических исследований СЗИУ РАНХиГС Евгений Рощин: "Не удивлюсь, если популярность сериала будет максимальной в тех странах, где высок показатель Индекса Джини Всемирного банка. Этот индекс измеряет степень экономического неравенства в обществе. Мы все чаще видим, что желание следовать правилам зависит от материального положения человека".
"Игра в кальмара" - о свободе выбора и неравенстве возможностей. О том, что свобода - не абстрактное и чисто правовое понятие, а состояние, обусловленное жизненными обстоятельствами человека, среди которых экономическое доминирование одних и уязвимое положение других играют ключевую роль.
Сериал показывает, как неравенство возможностей оборачивается разрушением всех базовых человеческих ценностей. Это критика либеральной мысли, согласно которой достаточно лишь защитить право человека на выбор, а все остальное будет хорошо.
Но ловушка бедности, помноженная на призрачную перспективу получить кучу денег, превращает вопрос о правах и человеческом достоинстве в никому не интересный треп. Героям предлагается выбор - и герои выбирают ложь, предательство, насилие, убийство. .
Игра дает выбор между моральным действием и аморальным. Для большинства же выбор оказывается без выбора. Будет ли человек действовать согласно моральному кодексу, когда на кону собственная жизнь?
В реальной жизни значение имеет не сам выбор, а что именно предлагается вам на выбор. И напрашивается вопрос о том, возможна ли вообще свобода гражданина в капиталистическом обществе, плотью которого является экономическое неравенство.
Способной устоять перед искушением оказывается только героиня, закаленная жерновами северокорейского режима*.
Что заставляет зрителя искать ответ на вопрос "Что делать?" И находить единственный возможный ответ - капитализм изжил себя и с ним пора кончать просто из инстинкта самосохранения.
Иначе он покончит с человечеством.
* - здесь важно то, что сериал снят южными корейцами. Прекрасно на деле знающими разницу между собственным обществом и жизнью в КНДР. И когда они констатируют, что мораль, этика и стойкость - не их сильная черта, а как раз их оппонентов - это говорит о многом.
P.S. Сторонников же забронзовевшего марксизма вынужден огорчить. Теория Марка, творчески переработанная Лениным и Мао, вовсе не является тем, на чем может строится сменяющая капитализм общественно-экономическая формация.
Пролетарии всех стран не желают объединяться, равно как и коммунисты не желают отказываться от больших личных капиталов. Человечество не готово в обозримой перспективе строить коммунизм, на пути к которому еще не одна ломка складывающихся отношений.
Дай бог "нашему теляти" заменить саморазрушающуюся "западную модель" переходным периодом конвергенции - единственным способом избежать тотальной войны. Остальные варианты требуют революционных перемен, которых сотни миллионов не переживут и без ядерного безумия.
Как говорит декан факультета международных отношений и политических исследований СЗИУ РАНХиГС Евгений Рощин: "Не удивлюсь, если популярность сериала будет максимальной в тех странах, где высок показатель Индекса Джини Всемирного банка. Этот индекс измеряет степень экономического неравенства в обществе. Мы все чаще видим, что желание следовать правилам зависит от материального положения человека".
"Игра в кальмара" - о свободе выбора и неравенстве возможностей. О том, что свобода - не абстрактное и чисто правовое понятие, а состояние, обусловленное жизненными обстоятельствами человека, среди которых экономическое доминирование одних и уязвимое положение других играют ключевую роль.
Сериал показывает, как неравенство возможностей оборачивается разрушением всех базовых человеческих ценностей. Это критика либеральной мысли, согласно которой достаточно лишь защитить право человека на выбор, а все остальное будет хорошо.
Но ловушка бедности, помноженная на призрачную перспективу получить кучу денег, превращает вопрос о правах и человеческом достоинстве в никому не интересный треп. Героям предлагается выбор - и герои выбирают ложь, предательство, насилие, убийство. .
Игра дает выбор между моральным действием и аморальным. Для большинства же выбор оказывается без выбора. Будет ли человек действовать согласно моральному кодексу, когда на кону собственная жизнь?
В реальной жизни значение имеет не сам выбор, а что именно предлагается вам на выбор. И напрашивается вопрос о том, возможна ли вообще свобода гражданина в капиталистическом обществе, плотью которого является экономическое неравенство.
Способной устоять перед искушением оказывается только героиня, закаленная жерновами северокорейского режима*.
Что заставляет зрителя искать ответ на вопрос "Что делать?" И находить единственный возможный ответ - капитализм изжил себя и с ним пора кончать просто из инстинкта самосохранения.
Иначе он покончит с человечеством.
* - здесь важно то, что сериал снят южными корейцами. Прекрасно на деле знающими разницу между собственным обществом и жизнью в КНДР. И когда они констатируют, что мораль, этика и стойкость - не их сильная черта, а как раз их оппонентов - это говорит о многом.
P.S. Сторонников же забронзовевшего марксизма вынужден огорчить. Теория Марка, творчески переработанная Лениным и Мао, вовсе не является тем, на чем может строится сменяющая капитализм общественно-экономическая формация.
Пролетарии всех стран не желают объединяться, равно как и коммунисты не желают отказываться от больших личных капиталов. Человечество не готово в обозримой перспективе строить коммунизм, на пути к которому еще не одна ломка складывающихся отношений.
Дай бог "нашему теляти" заменить саморазрушающуюся "западную модель" переходным периодом конвергенции - единственным способом избежать тотальной войны. Остальные варианты требуют революционных перемен, которых сотни миллионов не переживут и без ядерного безумия.