Михаил (mikle1) wrote,
Михаил
mikle1

Categories:

Бежавшие из ада.

К 65-летию Победы, 8 мая 2010 года в Полтаве появился памятный знак в честь  легендарного побега наших военнопленных под командой Девятаева на бомбардировщике «Хейнкель-111» из лагеря смерти секретной военной базы Пеенемюнде. Такие же знаки появились на родине каждого из десяти героев. В их числе, бежавших из ада острова Узедом, был и  Михаил Алексеевич Емец (с самым младшим мне как-то пришлось служить).
Вероятней всего, про подвиг Михаила Емца никто не сможет рассказать лучше, чем его сын Алексей Емец.
   
Фото слева: На этом самолете они улетели из фашистского плена. Снимок был сделан через несколько минут после приземления. Источник: Кривоногов Иван Павлович. "Родина зовёт. Записки офицера Советской Армии". - Горький: ГКИ, 1963
Фото справа:  Угнанный самолёт сразу же взяли под охрану, а его необычный экипаж —  под арест. Фото 1945 г. из книги "Девятаев", Саранск, 2008 г. Источник: Очерк "Побег из ада или Подвиг мордвина из Торбеева"

"— Отец, Михаил Алексеевич Емец, родился в Гадяче Полтавской области, в 1910 году. В десятилетнем возрасте он стал сиротой и воспитывался в детском доме. После окончания педагогических курсов, — начал свой рассказ Алексей Емец, — его отправили на работу в село Бирки Сумской области. Вскоре отец добровольцем отправился на стройку нового города — Комсомольска на Амуре. Там его, как комсомольца, приняли в партию. Вернувшись оттуда, отец работал инструктором в одном из сумских райкомов. До войны успел жениться, а в 1939 году родилась моя старшая сестра. Когда же война началась, мать уже была беременной и ждала второго ребенка. Отца направили в партизанский отряд Ковпака, где он стал комиссаром одного из отрядов.
Камень
с именами героев, установленный на бывшей военной базе Пенемюнде в память о совершённом ими подвиге. Кадр из видеофильма о М.П. Девятаеве.

Одного дня он получил приказ — идти с отрядом в Новомосковск Днепропетровской области. По дороге удалось заскочить к жене, в село Бирки и проведать свою семью. Его появление заметил сосед и донес на него в полицию. На следующий день немцы и полицаи ворвались в дом, но к тому времени отца уже не было. В то время моей матери было около 20 лет, но допрашивали её зверски. Выхватили из рук маленькую дочку и угрожали её убить. Саму же мать при этом били. После такого допроса пришлось ей уйти с хаты и жить то в лесной землянке, то у соседей.
Предательство подстерегло моего отца и в Новомосковске. Кто-то донес на отряд. Немцы окружили его и очень потрепали партизан. Те, кто вырвался, уже никакой серьезной военной силы не представляли. Командир отряда приказал идти на соединение с основными силами. Но обратная дорога была тоже неудачной. По дороге горстку партизан заметили, окружили и взяли в плен.
Сначала отца поместили в лагерь на нашей территории, хоть и оккупированной, но нашей. Пленных партизан били и допрашивали. Через некоторое время немцы перевезли его в концлагерь Заксенхаузен. Это был образцово-показательный лагерь смерти. Все изуверские «новшества» по уничтожению людей были именно здесь. В Заксенхаузене же проводились и различные медицинские эксперименты над людьми.
http://info-rm.com/uploads/posts/2010-01/1263280666_pobeg.jpgВ Саранске (Мордовия - отсюда родом Девятаев ) установлен знак в память о побеге Михаила Девятаева из фашистского концлагеря.
Однако отцу удалось избежать смерти — его, в числе других заключенных, отправили на остров Узедом, где немцы испытывали «оружие возмездия» — ракеты ФАУ-2. Конечно, смена одного лагеря смерти на другой — спасением назвать нельзя. Перед отправкой на остров вновь прибывшую партию узников лично осмотрел начальник лагеря, который сообщил им, что за все свое существование лагеря, отсюда не удалось бежать ни одной живой душе.
Однако, мы славяне, народ смекалистый и конечно мысль о возможном побеге не покидала заключенных. Началось всё с того, что на остров попал Михаил Девятаев — лётчик-истребитель. Если бы немцы узнали про это, то его бы там никогда не оказалось. Но парикмахер лагеря тайком отдал ему бирку уже умершего заключенного Никитенко. Таким образом летчику удалось не выдать своей тайны, которая давала шансы на побег.
http://pics.livejournal.com/urssus/pic/0003tgha/s640x480И еще один памятный знак.
А шансы эти были, потому что на острове был аэродром и самолеты на нем. По ходу сложилась группа военнопленных, которые решились на побег. Это Михаил Емец, Девятаев, Кривоногов, Сердюков, Немченко, Соколов и другие. Последние два выучили за все время плена немецкий язык, поэтому могли довольно сносно разговаривать с немцами.
10 февраля 1944 года группа из 10 человек расчищала аэродром от обломков неудачно запущенной ракеты. Когда пришло время обеда, то один из охранников хотел было погнать их на обед, но Соколов и Немченко сказали ему, что начальство приказало засыпать ямы как можно быстрее. В обеденный перерыв Соколов провел всех в ангар, где стоял один из самолетов — бомбардировщик «Хейнкель». Охранника они убили. Один из наших переоделся в его форму.
Девятаев был настолько изнеможен, что его пришлось подталкивать в самолет, сам он этого сделать не мог. Наконец всё было готово — двигатель запущен, все беглецы были в самолете. Девятаев разогнал бомбовоз по взлетно-посадочной полосе, но поднять его не смог. Пришлось разворачивать самолет на повторную попытку. Такие маневры заметили немцы, поэтому время пошло на секунды. Вторая попытка оказалось удачной — и Хейнкель покинул остров.
Немцы подняли в воздух погоню, но летчики не смогли определить, куда именно улетели беглецы. Однако по дороге им все же встретился немецкий истребитель, но огонь тот не открыл. Как оказалось позже, немец возвращался с боевого задания и потратил весь свой боекомплект. Зато сбили наши зенитки — и «Хенкель» сел на брюхо возле одного населенного пункта. Девятаев доставил командованию ценные сведения о засекреченном острове.
Однако беглецам никто не поверил, что они сумели угнать из концлагеря самолет. Их постоянно допрашивали и проверяли. Но так как документов у них не было никаких, то и доказать они ничего не могли. Все же после жестких проверок их в конце марта отправили на фронт. Хотя я бы так не поступил. Люди прошли через такие испытания, а их уже в конце войны снова отправили туда, где убивают. Семеро из них погибли на фронте.
http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/1/14/Peenemunde-165515.jpg/800px-Peenemunde-165515.jpgСнимок стартового стола в Пенемюнде, сделанный с британского самолета-разведчика, 23 июля 1943
Где-то в конце 1945 года оставшихся в живым, в том числе и моего отца, уволили в запас. Но клеймо военнопленного не давало шансов на нормальную жизнь. Не верили и моему отцу. Работы не давали. Тот же Девятаев, капитан армии, с трудом смог устроится грузчиком. Так продолжалось 12 лет.
Только после того, как Девятаева опознал легендарный летчик Покрышкин и конструктор космических кораблей Королёв, дело сдвинулось с мертвой точки.
За беспримерный подвиг Девятаеву присвоили звание Героя Советского Союза, а моему отцу и Кривоногову — Ордена Отечественной войны первой степени.
http://content.foto.mail.ru/list/millennas_mum/_answers/i-1428.jpgИ еще один.
После этого им вернули, вернее, восстановили все прежние документы. Отцу отдали партийный и военный билеты, дали звание. Тройку начали приглашать на телевидение.
Хотя слава закончилась быстро. Отец вернулся на родину. Работал заместителем директора маслозавода, потом бригадиром полеводческой бригады, заведующим животноводческой фермы крупного совхоза.
В 70-х годах был головой сельсовета в Бирках, избирался депутатом в районный совет. По просьбе односельчан, работал и после выхода на пенсию.
С горечью хочу сказать, что даже после того, как их признали, многие люди так и не верили тому, что мой отец смог такое совершить. А сам он не любил про это рассказывать и считал, что хвалиться тут нечем.
Умер отец в 1984 году. После себя оставил не только хорошую память, но и большую семью: пять дочерей и меня — единственного сына, своего третьего ребенка. А родился я в 1948 году." http://www.70pobeda.ru/files/rasskazi_mne_o_voine/istorii_semya/photo/219/__tmp/_550_1270449566_Devaytaev.jpgДевятаев.
Состав группы
В состав группы, совершившей побег на немецком самолёте-бомбардировщике, входили 10 советских военнопленных:
• Михаил Девятаев — советский лётчик-истребитель (104 ГИАП, 9 ГИАД, командир А. И. Покрышкин), старший лейтенант, уроженец села Торбеево (Мордовия). Был сбит 13 июля 1944 года в бою под Львовом, покинул подбитый самолёт с парашютом, приземлился в расположении противника, был взят в плен и направлен в Лодзинский лагерь, затем — в Новый Кёнигсберг, откуда вместе с другими пленными пытался бежать, сделав подкоп. После неудачной попытки побега направлен в лагерь смерти Заксенхаузен, где парикмахер-подпольщик, сочувствующий коммунистам, заменил его жетон смертника на жетон умершего в лагере учителя с Украины Григория Степановича Никитенко. Некоторое время состоял в лагерной команде «топтунов», испытывающих обувь на прочность по заказу производителей обуви, а в октябре под чужим именем был в составе группы заключённых направлен на остров Узедом. По собственным признаниям, Девятаев задумал побег на вражеском самолёте практически сразу после попадания в плен (вероятно, после того, как в первые дни плена услышал от Сергея Вандышева рассказ о неудачной попытке другого пленного советского лётчика захватить немецкий самолёт в воздухе).
• Иван Кривоногов — уроженец села Красная Слобода Борского района Нижегородской области, был пехотинцем и носил звание лейтенанта. Участвовал в сражениях на границе, попал в плен в первые дни войны (6 июля 1941 года). В плену жил под вымышленными именем «Иван Корж», выдавая себя за украинца. Так же, как и Девятаев, участвовал в неудачной подготовке побега; при подготовке побега убил лагерного полицая, за что был отправлен в концлагерь Натцвиллер под Страсбургом, а оттуда, в конце 1943 года — на остров Узедом; в 1944 году пытался вместе с группой единомышленников организовать побег с острова на лодке, однако реализовать свой план им не удалось.
• Владимир Соколов — уроженец Вологодской области, артиллерист, в плен попал в начале 1942 года, два раза пытался бежать, за попытку побега был отправлен в концлагерь, где познакомился с Кривоноговым, вместе они были направлены на Узедом и вместе планировали побег с острова на лодке.
• Владимир Немченко — белорус, после попытки побега немцы выбили ему один глаз и отправили на остров Узедом.
• Фёдор Адамов — уроженец села Белая Калитва Ростовской области
• Иван Олейник — уроженец кубанской станицы Анастасиевская, начало войны встретил на Украине во время занятий в полковой школе в звании сержанта. Его взвод попал в окружение и не смог пробиться к своим, после чего он на базе взвода организовал партизанский отряд; во время одного из столкновений с немецкими силами охраны порядка Олейник попал в плен и был отправлен на работы в Германию.
• Михаил Емец — уроженец села Борки Гадячского района Полтавской области, был политруком и носил звание старшего лейтенанта. Попал в плен в июне 1942 года.
• Пётр Кутергин — 1921 года рождения, место рождения — станция Чернушка Свердловской области (в настоящее время станция находится на территории Пермского края).
• Николай Урбанович — уроженец села под Бобруйском, попал в плен мальчиком и был угнан в Германию во время наступления немецких войск в 1941 году. После двух попыток побега был отправлен в концлагерь, а оттуда, в 1943 году — на Узедом. Познакомился с Девятаевым во время работы в бригаде, через него Девятаев устанавливал контакт с группой Кривоногова — Соколова.
• Тимофей Сердюков (в воспоминаниях Девятаева упоминается как Дмитрий) — познакомился с Девятаевым в лагере, после того как тот избежал смерти, укрывшись под фамилией Никитенко. Сердюков был соседом Девятаева по нарам, и вместе с ним был направлен на Узедом. По воспоминаниям Девятаева и Кривоногова, имел весьма беспокойный характер и, зная о тайне Девятаева, а затем — и о плане побега, доставлял им немало беспокойства.
Объективка (воспоминания всегда немного грешат).
Захват бомбардировщика «Хейнкель», проблемы при взлёте
В тот момент, когда механики ушли с аэродрома на обеденный перерыв, Девятаев с Соколовым скрытно подобрались к заранее намеченному бомбардировщику «Хейнкель». Забравшись на крыло, Девятаев ударом колодки сбил замок, закрывавший вход в самолёт, проник в фюзеляж, а затем и в кабину пилота, Соколов по его указанию расчехлил моторы. Попытавшись завести мотор, Девятаев обнаружил, что в самолёте нет аккумулятора, без которого завести самолёт невозможно, и сообщил об этом остальным товарищам. В течение нескольких минут им удалось найти тележку с аккумуляторами и подогнать её к самолёту.
Девятаев завёл оба мотора самолёта, дал указание всем подняться на борт и спрятаться в фюзеляже и выкатил самолёт на взлётную полосу. Самолёт набрал скорость, однако по неясным причинам штурвал самолёта не поднимался, а самолёт не взлетал. Выкатившись за взлётную полосу недалеко от побережья, Девятаев притормозил самолёт и резко развернул его; самолёт ударился о землю, однако шасси не пострадали. На взлётной полосе собрались немецкие солдаты, не понимающие, что происходит. Девятаев решил предпринять вторую попытку взлететь и направил самолёт на солдат, и они тут же разбежались, после чего повёл самолёт обратно к стартовой площадке. При второй попытке взлёта Девятаев понял, что взлететь в первый раз помешали триммеры руля, установленные в режиме «на посадку». Девятаев и его товарищи силой отжали штурвал, после чего машина пошла на взлёт.
Полёт и уход от преследования
После взлёта самолёт стал резко набирать высоту и терять скорость, а после попытки выровнять высоту штурвалом стал резко снижаться. Однако Девятаеву удалось найти на незнакомом самолёте штурвал триммера высоты и стабилизировать высоту полёта. Тем временем на аэродроме была объявлена тревога, а зенитчики и лётчики получили приказ сбить «Хейнкель»: об угнанном самолёте сообщили в штаб ПВО, откуда поступил приказ всем службам сбить захваченный самолёт. К «Хейнкелю» приблизился «Фокке-Вульф», возвращавшийся с задания и получивший приказ сбить его, однако на нём не осталось боеприпасов. Девятаев направил самолёт в облака и оторвался от преследования.
Экипаж по солнцу определил направление полёта: самолёт шёл на север, в сторону Скандинавского полуострова. Определив, что в бензобаке самолёта имеется значительный запас топлива, они решили не садиться над Скандинавией, а повернуть на восток и лететь над морем в сторону Ленинграда. Однако после некоторого размышления они решили не подвергать себя опасности, летя на немецком самолёте с символикой Люфтваффе по советской территории, а ещё раз изменить направление, повернуть на юг и сесть за линией фронта.
Посадка в расположении советских войск
«Хейнкель» приблизился к береговой линии в районе боевых действий, примерно в 300—400 километрах от места старта. По самолёту ударила советская зенитная артиллерия, и он загорелся. Девятаеву удалось сбить пламя, бросив самолёт вниз со скольжением, и выровняв его над лесом. После «жёсткой посадки» раненые беглецы выбрались из самолёта и, не будучи полностью уверенными, что приземлились в расположении советских войск (как выяснилось впоследствии, самолёт приземлился в расположении 61-й армии в районе города Вольдемберга, примерно в 8 километрах за линией фронта), попытались спрятаться в ближайшем лесу, однако обессилели и были вынуждены вернуться к самолёту. Вскоре они были подобраны советскими солдатами (которые сначала приняли их за немцев) и транспортированы в расположение части, откуда через несколько дней были переправлены в военный госпиталь.
Дальнейшая судьба участников побега
Судьба М. П. Девятаева
Девятаев в 1945 году находился на территории Польши и Германии, занятой советскими войсками, подвергался допросам и проверкам (по некоторым данным, он был на некоторое время помещён в фильтрационный лагерь в Польше, находившийся под контролем советских войск). В сентябре 1945 года С. П. Королёв, работавший под псевдонимом «Сергеев», вызвал его на остров Узедом и привлёк для консультаций. Через 12 лет после событий, 15 августа 1957 года по инициативе С. П. Королёва Девятаеву было присвоено звание Героя Советского Союза (по некотором сведениям, награда была вручена за вклад в советское ракетостроение), а другие участники побега награждены орденами (в том числе посмертно). Вскоре после награждения Девятаеву были поручены испытания «Ракеты» — одного из первых советских судов на подводных крыльях; он долгие годы работал капитаном речных судов, и стал первым капитаном теплохода «Метеор». Практически до конца жизни активно участвовал в общественной жизни, делился воспоминаниями, неоднократно посещал остров Узедом и встречался с другими участниками событий, издал две автобиографические книги о событиях — «Побег из ада» и «Полёт к солнцу».
Судьба других участников побега
В конце марта 1945 года после проверки и лечения 7 из 10 участников побега (Соколов, Кутергин, Урбанович, Сердюков, Олейник, Адамов, Немченко) были зачислены в одну из рот 777-го стрелкового полка (по другим данным — в 447 стрелковый Пинский полк 397 стрелковой дивизии) и отправлены на фронт (даже Немченко, потерявший один глаз, уговорил отправить его на фронт в качестве санитара стрелковой роты). Трое офицеров — Девятаев, Кривоногов и Емец — до конца войны оставались вне зоны боевых действий, ожидая подтверждения воинских званий.
Рота, в которую были зачислены семеро из десяти беглецов, участвовала в штурме города Альтдама. 14 апреля, во время форсирования Одера, погибли Соколов и Урбанович, ранен Адамов. По сведениям Девятаева: Кутергин, Сердюков и Немченко погибли в бою за Берлин за несколько дней до победы, а Олейник погиб на Дальнем Востоке, в войне с Японией. Из семерых остался в живых только один — Адамов, он вернулся в посёлок Белая Калитва Ростовской области и стал шофёром. Емец после войны вернулся в Сумскую область и стал бригадиром в колхозе.
Воспоминания Михаила Петровича: Девятаев М.П. Полет к солнцу. — М.: ДОСААФ, 1972.
Очерк Побег из ада или Подвиг мордвина из Торбеева
Видеофильм о М. Девятаеве "Тайны Забытых Побед. Догнать и уничтожить!"
Tags: Концлагерь
Subscribe
promo mikle1 декабрь 4, 2013 18:13 18
Buy for 100 tokens
И ВСЕГО ЛИШЬ ЗА 100 ЖЕТОНОВ. ПОКА СВОБОДНО. Мы же открыли проект http://naspravdi.info, в котором не только материалы топ-блоггеров, но и новости с Украины. Живущие на остатках некогда самой процветавшей республики Союза вынуждены каждый миг переживать за свою жизнь, за своих близких и думать…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments