Михаил (mikle1) wrote,
Михаил
mikle1

Categories:

Украинский лимитроф. РУИНА - 2

2. Евразийский союз против Нового мирового порядка

Ещё в 1997 году Збигнев Бжезинский достаточно чётко сформулировал суть Украины, с точки зрения той большой геополитической игры, которая развернулась в последние десятилетия на гигантском пространстве Евразии.

В своей книге «Великая шахматная доска» он подчеркнул, что после сепарирования от России Украина превратилась в важный «геополитический центр» на евразийской шахматной доске [2, С. 61].

На странице 55 он пояснил, что представляет собой это понятие, делающее предельно ясным то геополитическое значение, которое имеет наша страна для американской стратегии на Евразийском континенте. С точки зрения США, Украина – это геополитический центр, чьё значение вытекает не из её силы, а из её важного географического местоположения, которое придаёт ей особую роль в плане контроля доступа к важным районам, возможности отказа важным геополитическим действующим лицам в получении ресурсов, а также из того, что она является щитом для государства (региона), имеющего жизненно важное значение на геополитической арене.

В рамках американской геостратегии само по себе существование Украины как независимого государства «помогает трансформировать Россию». Для американцев главная геополитическая миссия Украины заключается в самом факте её сепарирования от России, в её политической нерусскости, в её антирусской сущности. Проект «Ukraina» – это своеобразный геополитический блокиратор, не позволяющий России стать влиятельным игроком на евразийском пространстве. «Без Украины Россия перестаёт быть евразийской империей» (выделено мной – А.В.) – откровенно заявляет Бжезинский [2, С. 61]. В своей книге он несколько раз подчёркивает, что значение существования «нэзалэжнойи» Украины заключается в сдерживании возрождения России как империи. «…без Украины реставрация империи, будь то на основе СНГ или на базе евразийства, – пишет он, – стала бы нежизнеспособным делом» (выделено мной – А.В.) [2, С. 137]. «…Украина является ключевым государством постольку, поскольку затрагивается собственная будущая эволюция России» (выделено мной – А.В.) [2, С. 179].

Американцы никогда не скрывали своей претензии на мировое господство. Более того, на протяжении всей истории США Вашингтон всеми доступными ему методами стремился расширить военно-политический контроль от прибрежной полосы евразийского континента до его внутренних районов. А факт существования сперва СССР, а потом РФ сам по себе не позволял и не позволяет американцам завершить свою экспансию установлением абсолютной мировой гегемонии. Распад Советского Союза должен был стать предпосылкой к развалу Российской Федерации. Однако этого не случилось.

Что происходит на данный момент? Россия крепнет и сосредотачивается. Её влияние и сила постепенно возрастают. И РФ-оболочка, в которой она оказалась замкнутой после распада СССР, ей уже тесна. Она не просто мешает ей развиваться, Россия в ней задыхается. Москве необходим выход к старым традиционным границам Российской империи как с точки зрения военно-политической безопасности, так и с точки зрения своего экономического развития.

В октябре прошлого года в своей статье «Новый интеграционный проект для Евразии — будущее, которое рождается сегодня», Владимир Путин заявил что «мы объективно подошли к тому, чтобы серьёзно модернизировать принципы нашего партнерства — как в СНГ, так и в других региональных объединениях. … По сути речь идёт о превращении интеграции в понятный, привлекательный для граждан и бизнеса, устойчивый и долгосрочный проект, не зависящий от перепадов текущей политической и любой иной конъюнктуры» [3].

Рассуждая о запуске в начале 2012 года масштабного интеграционного проекта в виде Единого экономического пространства, он подчеркнул, что «мы не останавливаемся на этом и ставим перед собой амбициозную задачу: выйти на следующий, более высокий уровень интеграции — к Евразийскому союзу» как мощному наднациональному объединению, «способному стать одним из полюсов современного мира и при этом играть роль эффективной «связки» между Европой и динамичным Азиатско-Тихоокеанским регионом» [3].

Подобная сверхзадача, которую проговорил Владимир Путин, вполне закономерна, а поэтому предсказуема. Ещё в марте 2008 года в своей статье «Геополитические фантомы украинской псевдогосударственности», я писал:

«Фактически на данный момент, Москва готова финансово-экономически, военно-политически и психологически к радикальному переформатированию постсоветского пространства в сферу своего исключительного влияния. На любые её действия в этом направлении США и Европа будут реагировать вяло и без особого энтузиазма, не предпринимая каких-либо реальных попыток остановить Россию.

Для Москвы настал час провозглашения своей «доктрины Монро». У неё сейчас вполне достаточно сил и воли вернуть под свой непосредственный контроль бывшие территории СССР, провозгласив их зоной своих исключительных интересов и рассматривать любую попытку вторжения туда извне, как акт агрессии» [4].

С учётом этой масштабной геополитической задачи, которую перед собой поставила Москва, необходимо вернуться к той цели, которую перед собой поставил Вашингтон как в ближайшей, так и отдалённой перспективе.

Открываем вновь книгу Збигнева Бжезинского «Великая шахматная доска» и на странице 235 читаем: «В краткосрочной перспективе Америка заинтересована укрепить и сохранить существующий геополитический плюрализм на карте Евразии. Эта задача предполагает поощрение возможных действий и манипуляций, с тем чтобы предотвратить появление враждебной коалиции, которая попыталась бы бросить вызов ведущей роли Америки (выделено мной – А.В.), не говоря уже о маловероятной возможности, когда какое-либо государство попыталось бы сделать это. В среднесрочной перспективе вышеупомянутое постепенно должно уступить место вопросу, при решении которого больший акцент делается на появлении все более важных и в стратегическом плане совместимых партнеров (выделено мной – А.В.), которые под руководством Америки (выделено мной – А.В.) могли бы помочь в создании трансъевразийской системы безопасности, объединяющей большее число стран. И наконец, в долгосрочной перспективе всё вышесказанное должно постепенно привести к образованию мирового центра по-настоящему совместной политической ответственности» [2, С. 235].

«Мировой центр политической ответственности», упоминаемый З.Бжезинским, – это так называемое «Мировое Правительство», о воцарении которого уже не одно десятилетие мечтает транснациональная западная олигархия. На данный момент Соединённые Штаты – это ледокол «Нового Мирового Порядка», при котором Организация Объединённых Наций должна уступить в Нью-Йорке место «Мировому Правительству», контролирующему при помощи т.н. «континентальных систем безопасности», слагающихся в глобальную трансконтинентальную систему, все ресурсы Земли.

Геополитические идеи З.Бжезинского не новы. По большому счёту это даже не его идеи. Он как один из наиболее креативных представителей американского экспертного сообщества, формирующего геостратегию не только США, но и Запада в целом, просто в очередной раз описал то, к чему стремится западная транснациональная олигархия. Геополитическая цель США и сопутствующие ей задачи, это не просто личная позиция З.Бжезинского, а многовековой интеллектуальный тренд Запада и приоритет его внешней политики.

Тому, кого интересует данный вопрос, я могу посоветовать обратиться к своей книге «Путь зла. Запад: матрица глобальной гегемонии», ну а мы вернёмся к американской стратегии трансъевразийской системы безопасности. Вот как её себе представляет З.Бжезинский:

«Со временем могла бы начать формироваться более формальная структура, стимулируя появление трансъевразийской системы безопасности, которая впервые в жизни охватила бы весь континент. Формирование такой системы — определение её сути, а затем наделение законным статусом — могло бы стать главной архитектурной инициативой следующего десятилетия, поскольку намеченный ранее политический курс создал необходимые предпосылки. Такая широкая трансконтинентальная структура могла бы также иметь постоянный комитет безопасности, состоящий из основных евразийских субъектов, чтобы повысить способность трансъевразийской системы безопасности оказывать содействие эффективному сотрудничеству по вопросам, существенно важным для стабильности в мире. Америка, Европа, Китай, Япония, конфедеративная Россия (выделено мной – А.В.) и Индия, а также, возможно, и другие страны могли бы сообща послужить сердцевиной такой более структурированной трансконтинентальной системы. Окончательное возникновение трансъевразийской системы безопасности могло бы постепенно освободить Америку от некоторого бремени, даже если одновременно и увековечило бы ее решающую роль как стабилизатора и третейского судьи Евразии (выделено мной – А.В.) [2, С. 247].

На данный момент установление американского контроля над Евразией является наиболее сложной задачей, которая, по мысли американских стратегов, должна обеспечить создание не только трансъевразийской, но и трансконтинентальной системы безопасности с центром в Соединённых Штатах.

Несложно понять, что зачистка Евразии с целью создания в ближайшем будущем трансъевразийской системы безопасности уже началась. Ближний Восток залит кровью и ярко пылает. Падение Сирии – необходимая предпосылка вторжения в Иран. Захват Ирана, в свою очередь, открывает американцам и их союзникам, впервые за всю историю западной экспансии, непосредственный доступ к Центральной Азии. Это позволит им удержать под своим контролем ускользающий сейчас от них Афганистан и уничтожить пока ещё недосягаемые для них центральноазиатские государства. В свою очередь, Центральная Азия – это плацдарм для удара по Китаю и России. Именно уничтожение целостности Китая и России является заключительной фазой создания т.н. «трансъевразийской системы безопасности» под непосредственным контролем США. Не зря З.Бжезинский считает крайне необходимой трансформацию России в некую свободную конфедерацию («в которую вошли бы Европейская часть России, Сибирская республика и Дальневосточная республика» [2, С. 340]), а американские стратеги изучают реальную возможность расчленения на отдельные государства Китая.

Что мы имеем в итоге? А в итоге мы имеем назревающее столкновение регионального геополитического проекта России, в виде Евразийского союза, с глобальным геополитическим проектом Соединённых Штатов, который должен увенчаться созданием «Мирового Правительства». При этом никто из соперников по целому ряду объективных причин не может отказаться от этого столкновения. Непрерывная военно-политическая и финансово-экономическая экспансия – это форма существования США. Америке придёт конец в тот день, когда американская экспансия натолкнётся на некое непреодолимое для неё препятствие. Россия же как единое государство обречена исчезнуть с политической карты мира, если не сможет в ближайшее время выйти к своим традиционным имперским рубежам. Они – главное условие её безопасности.

Как точно подметил глава частной шпионской корпорации STRATFOR Джордж Фридман в своей книге «Следующие 100 лет: прогноз событий XXI века», «если она [Россия] не приложит усилий к тому, чтобы создать собственную сферу влияния, Российская Федерация сама может распасться на отдельные фрагменты» [5, С. 92].

И самое печальное, что в данном случае компромисс невозможен, а значит столкновение неизбежно. Это лишь вопрос времени. Всё зависит от того, насколько эффективно и долго Россия сможет противостоять Соединённым Штатам на Ближнем Востоке, в Центральной Азии и на Украине, удерживая американскую экспансию на дальних рубежах.

Нетрудно понять, что в данной ситуации Украина находится в эпицентре геополитического столкновения, ценой которого является не только контроль над Евразией, но и создание глобальной системы мирового господства.

Сама по себе Украина не имеет значения ни в политическом, ни в экономическом, ни в технологическом, ни в культурном плане. Для «активных геостратегических действующих лиц», если говорить языком З.Бжезинского, Украина – это пустое место, ничейная территория, лимитроф. Она имеет смысл и значение лишь как фрагмент большой геополитической игры, как пешка на гигантской «шахматной доске» Евразии.

С одной стороны, Украина для России – это обязательный элемент новой имперской конструкции в виде Евразийского союза, а для Соединённых Штатов – фактор сдерживания имперских амбиций РФ. А с другой стороны, Вашингтон рассматривает Украину как удобный плацдарм для атаки против России, а для Москвы она – щит, который прикрывает её европейскую территорию. Соединённым Штатам Украина необходима для нападения. России – для защиты. Тот, в чьих руках она окажется, получит стратегическое преимущество.

Есть люди, тонко ощущающие происходящие в мире события. И они уже давно чувствуют приближение войны. Более того, тот, кто думает, что война где-то там, далеко, на Ближнем Востоке, очень сильно ошибается. Война уже здесь. Просто пока она ведётся политическими средствами, постепенно создавая предпосылки танковых атак и ковровых бомбометаний. Мы сидим, уткнувшись в свою «песочницу», и увлечённо лепим «пасочки», даже не подозревая о том, что мы, и наша «песочница» вместе с её «пасочками» – это всего лишь клетка на чьей-то штабной карте, через которую уже проходят разноцветные стрелки наступательных и оборонительных операций.

Сложно до конца понять, что для России является более важным: политико-экономическое или военно-стратегическое значение Украины.

«Если бы Западу удалось установить контроль над Украиной, – заявил в своей книге Джордж Фридман, – Россию уже ничто не защищало бы от нападения. Южная граница Беларуси и юго-западные рубежи России стали бы открыты для удара. Кроме того, Украину и западные области Казахстана разделяет не более 600 км, и именно через этот коридор Россия всегда могла перебрасывать свои войска на Кавказ. Логично было бы предположить, что, в случае вышеуказанного варианта развития событий, Россия утратила бы способность контролировать Кавказ и была бы вынуждена отступить дальше на север, уйдя из Чечни. Затем россияне стали бы покидать различные области самой Российской Федерации, а южные рубежи России стали бы крайне уязвимы. Россия продолжала бы распадаться на всё более мелкие части, пока не вернулась бы к своим средневековым границам.

Такой масштаб распада России породил бы в Евразии хаос, против возникновения которого, конечно, не возражали бы США, так как, как мы уже видели, одной из целей национальной стратегии США всегда было раздробление евразийских государств…

После указанных событий, которые в России были расценены как попытка Америки причинить ей ещё больший ущерб, Москва вернулась к стратегии утверждения своей сферы влияния на территории бывшего СССР. Великое отступление России закончилось украинскими событиями. Сейчас можно выделить три вектора развития российского влияния: в направлении Средней Азии, в направлении Кавказа и, разумеется, на запад, в сторону стран Балтии и Восточной Европы» [5, С. 99-100].

«В следующем десятилетии Россия станет более богатой (по крайней мере, по сравнению с прошлым), но в географическом отношении она окажется уязвимой. Поэтому Россия использует часть своих богатств на создание военной мощи, которая будет соответствовать защите её интересов, и на создание буферных зон для защиты от остального мира, а затем — и на создание буферных зон, ограждающих буферные зоны. Большая стратегия России предполагает создание глубоких буферных зон вдоль Северо-Европейской равнины, внесение раскола в ряды своих соседей и манипулирование ими, что позволит построить новый региональный баланс сил в Европе. Тесные границы без буферных зон и объединение против неё соседей — вот с чем не сможет смириться Россия. Вот почему её последующие действия будут казаться агрессивными, хотя в действительности — носить оборонительный характер.

В развитии действий России будет три фазы. На первой фазе Россия сосредоточится на восстановлении влияния и эффективного контроля в пределах бывшего Советского Союза, воссоздании советской системы буферов. На второй фазе Россия попытается построить второй ряд буферных зон, уже за пределами бывшего Советского Союза» [5, С. 145].

Свои размышления Джордж Фридман завершает очевидным и однозначным выводом: «России не надо завоевывать мир, но ей необходимо восстановить и удержать буферные зоны вдоль своих границ, то есть, в сущности, восстановить старые границы бывшего Советского Союза» (выделено мной – А.В.) [5, С. 144].

Если подобным образом рассуждают стратеги в STRATFOR'е, то как должны рассуждать в российском генеральном штабе?

Продолжение следует

Андрей Ваджра, специально для alternatio.org http://alternatio.org/about/item/2827-%D1%80%D0%B0%D1%81%D0%BF%D0%B0%D0%B4-%D1%83%D0%BA%D1%80%D0%B0%D0%B8%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9-%D0%BB%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%82%D1%80%D0%BE%D1%84-%D0%B2-%D0%B3%D0%B5%D0%BE%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BC-%D1%80%D0%B0%D1%81%D0%BA%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B5-%D0%B5%D0%B2%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%B8%D0%B8-1#comment-10262
Tags: Современная Украина, Точка зрения
Subscribe
promo mikle1 december 4, 2013 18:13 18
Buy for 100 tokens
И ВСЕГО ЛИШЬ ЗА 100 ЖЕТОНОВ. ПОКА СВОБОДНО. Мы же открыли проект http://naspravdi.info, в котором не только материалы топ-блоггеров, но и новости с Украины. Живущие на остатках некогда самой процветавшей республики Союза вынуждены каждый миг переживать за свою жизнь, за своих близких и думать…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments