Михаил (mikle1) wrote,
Михаил
mikle1

Categories:

Преданный Горбачевым и Ельциным

28 сентября 1996 года был убит последний просоветский руководитель Афганистана Мохаммад Наджибулла. На тот момент Наджибулле было всего 49 лет. Череда предательств, начятая Горбачевым и завершенная Ельциным, завершилась. Вместе с афганцами были преданы и все, кто помогал ДРА отстоять свое право на выбор пути - солдаты и офицеры, инженеры и врачи из СССР, строившие и защищавшие Афганистан Наджибыллы. Как очевидно сегодня - самый свободный, современный и демократический режим. И нас, и афганцев предали и продали. С той лишь разницей, что урезанная и отброшенная на четверть века назад Россия кое-как восстанавливается, а государство Афганистан практически не существует.
http://s00.yaplakal.com/pics/pics_original/5/5/2/4287255.jpghttp://s00.yaplakal.com/pics/pics_original/8/5/2/4287258.jpg

После этого, все потенциальные союзники (теперь уже России) в мире поняли, что военно-политическое сотрудничество с Россией невыгодно и опасно. Формула "Да, он сукин сын, но он наш сукин сын" осталась в арсенале исключительно западных государств, успешно продолживших использовать любые режимы в мире, невзирая на их соответсвие "западным идеалам". Единственный демарш России - героический марш наших десантников в Косово, был бездарно слит уже через несколько дней. России перестали доверять, вычеркнув её из списка мировых держав.

О том, как это было, вспоминает Виктор Миронов:   "28 августа 1992 года в аэропорту Кабула шёл бой. Моджахеды обстреливали российские транспортные самолёты. К этому времени Советского Союза больше не существовало. Из афганской столицы эвакуировалось российское посольство: аэропорт был в кольце тех, кого в прессе называли «вооружённой оппозицией». Бородатая оппозиция решила за всё расплатиться с последними советскими гражданами на территории Афганистана.

Забирать персонал кабульского посольства и других служб прилетели три самолета, один из которых моджахеды все-таки смогли сбить уже на взлете. Но в итоге никто не погиб, сотрудники советского посольства (а также посольств нескольких других государств) смогли эвакуироваться в полном составе.

А Кабул продолжали делить между собой отряды моджахедов, которые заняли город несколькими месяцами ранее. Бывшие сторонники просоветского режима Мохаммада Наджибулы или унесли ноги, или сдавались на милость победителей.

Некуда уходить было только самому Наджибулле. Победители хотели его крови, но не решились преследовать бывшего президента в здании миссии ООН, в которой он получил убежище.

Там «доктор Наджиб», как его часто называла пресса, и прожил следующие четыре года, пока за ним не пришли убийцы.

Советская сороковая армия  зашла в Афганистан в самом конце 1979 года после долгих уговоров афганского руководства. Грустный курьез ситуации в том, что окончательное решение о вводе войск Брежнев и «группа товарищей» приняли после того, как Генеральный секретарь ЦК Народно-Демократической партии Афганистана (НДПА) Хафизулла Амин нанес Брежневу личное оскорбление. Он отдал приказ об убийстве своего предшественника Нур Мохаммада Тараки. А ведь Брежнев давал Тараки личные гарантии безопасности и такого плевка в лицо генеральный секретарь Амину не простил.

Потом был штурм дворца Амина, приход (а точнее «привод») к власти Барбака Кармаля и затянувшаяся афганская война.

Брежнев не думал надолго задерживаться в Афганистане: год — два и домой, после выполнения всех поставленных задач. Но умер Брежнев, умер Андропов, умер Черненко, а сороковая армия все также продолжала выполнять «интернациональный долг» и решать пресловутые задачи, которых отчего-то становилось все больше. Каждый новый генсек понимал, что войну нужно заканчивать, но представление о том как именно это сделать растворялось где-то в «тумане войны». Моджахеды не унимались, а помощь им из-за границы только росла: со стороны Пакистана явно, со стороны США чуть более тайно.

После прихода к власти Михаил Горбачев, в привычной манере взялся принимать кардинальные решения. Кармаля отодвинули в сторону и принялись искать стране нового руководителя, который бы пользовался авторитетом в афганском обществе, мог довести до ума реформы и, самое главное, провел бы процесс «национального примирения» и закончил войну.

На эту роль идеально подходил руководитель местного «КГБ» — Службы Государственной Безопасности Афганистана, Мохаммад Наджибулла. В 1986 году Наджибулле не исполнилось и сорока. По меркам советских партийных элит — практически подросток. Это было характерно для НДПА, это же была партия молодой революции, которая не успела еще забронзоветь и превратиться в восточную копию КПСС. Да и сам Наджибулла в партию пришел не из карьерных соображений, он искренне верил в революцию, участвовал в антиправительственных протестах, сидел в тюрьме, то есть был тем самым «комиссаром в пыльном шлеме», которые приходят к власти не по протекции и не выходив километры по министерским коридорам, а на штыках революционной армии.

Кандидат был идеальный, за исключением одного нюанса: сам Наджибулла становиться руководителем Афганистана не хотел. Афганская армия и её советские союзники увязли в войне. Хотя правительственные войска держали под контролем все города и основные дороги (их в Афганистане не много), но страна была преимущественно сельской. Без радикальных реформ в сельской местности нечего было и думать о конце противостояния в Афганистане. А для проведения этих реформ требовалось взять под уверенный контроль всю территорию страны. Получался замкнутый круг, попытка разорвать который могла завершиться совсем не очевидным образом. Наджибулла понимал это лучше всех.

Возглавить истекающую кровью страну он решился только после неоднократных уговоров, давления и гарантий Советского Союза. В те дни советские гарантии казались еще чем-то незыблемым. В 1986 году Наджибулла и представить не мог, что всего через несколько лет он в гневе будет писать в Москву: «Я не хотел быть президентом. Вы меня уговаривали, настойчиво просили, обещали поддержку. Теперь меня и Республику Афганистан бросают на произвол судьбы. Как это понять?».

— Ну уж как-нибудь поймите, — разводили руками в ЦК КПСС, когда отдавали приказ о выводе войск. Наджибуллу оставили один на один с вооруженными до зубов армиями моджахедов. Того самого Наджибуллу, которого сами и поставили на эту должность.

И вот, в 1992 году Наджибулла получил убежище в миссии ООН. Кабул тем временем делили моджахеды, которые перессорились сразу, как только заняли столицу и начали воевать уже друг с другом.

Оказалось, что Наджибулла, режим которого западная пресса рисовала самыми мрачными красками, называла «коллаборационистом» и «диктатором» (этот «диктатор» честно пытался помириться со всеми, легализовал оппозиционные партии, пустил их в правительство, но всего было мало бородатым людям с гор) был самым демократичным руководителем единого Афганистана.  А «вооружённая оппозиция» расколола страну на несколько частей, в  каждой из которых установила свой вариант диктатуры.

О самом Наджибулле вспомнили только когда в 1996 году к Кабулу подошла сила, которую не могли предвидеть вожди моджахедов, сила, на фоне которой даже они казались чуть ли не демократами.

Движение «Талибан» родилось из той самой непримиримой молодежи, которую пакистанские и американские инструктора годами растили в ненависти к светскому Афганистану. После вывода советских войск их по сути предоставили самим себе и на свет родилось чудовище, которое однажды придет в Нью-Йорк, прилетит на пассажирских самолетах и снесет башни Всемирного торгового центра.

В 1996 году чудовище пришло в Кабул. Вожди «старой оппозиции» были для талибов слишком умеренными, слишком не мусульманами. И вожди бежали из того самого города, в который они входили ещё четыре года назад открыто, бахвалясь и салютуя выстрелами в воздух.

А в своём убежище, в кабульской миссии ООН, продолжал жить Мохаммад Наджибулла, последний глава единого Афганистана. Самый честный из вождей моджахедов — Ахмад Шах Масуд предложил ему уйти вместе с ним, но он отказался. То ли не хотел стать заложником уже в новом месте, то ли до последнего верил, что талибы (как и он — этнические пуштуны) всё-таки не тронут, пощадят.

Щадить не стали. На дипломатическую неприкосновенность миссии ООН талибам было наплевать. Они пришли за Наджибуллой как и полагается убийцам — ночью. С ним оставался только его родной брат — Ахмадзай. Наджибулла, который всегда был физически крепким человеком, бросился на убийц, даже смог обезоружить одного из них, но силы были неравны.

Мохаммада и Ахмадзая скрутили, выволокли из здания миссии, а потом увлечённо пытали несколько часов напролёт. Бывшего президента Афганистана возили по городу на автомобиле, привязав за ноги к бамперу, как охотничий трофей. Потом талибы повесили обезображенные тела братьев на одной из площадей Кабула и несколько дней они были памятником жестокости новых хозяев Афганистана.

Тысячи афганских эмигрантов, сторонников правительства Наджибуллы, до сих пор живут в России.

— Наджибулла был лучшим правителем Афганистана, — рассказывает руководитель Центра содействия укреплению единства и развитию диаспор народов Афганистана господин Гулам Мохаммад Джалал. — Мы его вспоминаем очень тепло, проводили и будем проводить мероприятия его памяти. Он ведь мог стать спасителем страны, если бы остался жив. Всё могло быть совсем иначе…".

Не могло. Но причины, сделавшие развал СССР и "лихие 90-е" после этого неизбежными - совсем другая история.

Tags: Афганистан
Subscribe
promo mikle1 декабрь 4, 2013 18:13 18
Buy for 100 tokens
И ВСЕГО ЛИШЬ ЗА 100 ЖЕТОНОВ. ПОКА СВОБОДНО. Мы же открыли проект http://naspravdi.info, в котором не только материалы топ-блоггеров, но и новости с Украины. Живущие на остатках некогда самой процветавшей республики Союза вынуждены каждый миг переживать за свою жизнь, за своих близких и думать…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments