Михаил (mikle1) wrote,
Михаил
mikle1

Как я «заседал» в бельгийской тюрьме (часть вторая)

Когда попадаешь наконец в камеру – после длинного дня с допросами, перевозками, ожиданиями и т.д., больше всего хочется закрыть глаза, потом открыть их – и увидеть себя дома, очнувшимся среди ночи на диване в гостиной от дурного сна.

http://www.zakonia.ru/imgs/analytics/d/analytics_image_file_dz8cjzebbqef2ljz.jpg?1347868783Перед тем, как попасть в камеру, надо помыться в душе, сдать все свои вещички, мобилу, денежки и получить взамен тюремную одежку, пачку дешевого табака Orlando, бумажки для свертывания сигарет Rizla и коробку спичек. Твои денежки, если таковые имелись при аресте, будут зачислены тебе на личный счет, и с этого счета ты впоследствии сможешь покупать себе в лавке всякие маленькие радости. Но это будет сильно позже, а до того предстоят 7 дней карантина – без прогулок, без денег и без всяких контактов с окружающим миром. Так что пачку Орландо надо растягивать и растягивать, потому что и через неделю, когда карантин закончится, не факт, что денежки уже зачислят на твой счет. Сидельцев много, тюрьма перенаселена, так что изволь ждать. Мои бабосы вообще всплыли где-то почти через месяц. Мир, однако, не без добрых людей. Куришь, стало быть, в долг. А он, к сожалению, платежом красен. И покрытие долга происходит не один к одному, и даже не плюс 20 %... но курить-то надо!

Я не поклонник писателя Солженицына, в отличие от многих. Но подмечено им очень точно в «Одном дне Ивана Денисовича», как сужается мир, когда сидишь. Телевизор во всех камерах, где я заседал, работал денно и нощно, но он просто заполнял тишину. Потому что, о чем бы там, в ящике, ни говорили, и на каких бы языках этого ни делали, это всё осталось в другом мире. А в том мире, в котором ты сейчас проживаешь, насущной темой является найти в большом баке после помывки (дважды в неделю, если не бастуют дубаки) трусы и майку подходящго размера, чтоб не жалеть потом о неправильном выборе. Белье в тюрьме стирают на очень высокой температуре. Это правильно с точки зрения гигиены. Мало ли у кого чего в трусах может завестись? С другой стороны, «отельные» трусы и футболки отнюдь не самого высокого качества, и с каждой стиркой они всё садятся и садятся, и садятся и садятся, пока не достигнут размера белья для дошколят.

Встречал я в «отеле» людей очень большого роста. Им тяжелей всего приходилось с бельем. Одним из таких гигантов был мой последний сосед по камере Бьёрн – убийца и фламандский скинхед. Мы с ним прожили душа в душу недели две, а потом меня выпустили на волю, и я оставил ему много полезных вещей. Думаю, они ему пригодились, так как сидеть на тот момент ему оставалось всего-ничего: 32 годика. Ну, понятно, что треть так и так скостят, да еще при хорошем поведении и т.д. и т.п., а всё ж сидеть ему оставалось ой-ой, не дай Б-г!

Пацан Бьёрн вообще был прикольный, хорошо известная личность в Бельгии. После проживания с двумя парнями родом из гористой местности на Кавказе, жизнь в той же камере (теоретически – одиночном карцере) с одним убийцей-европейцем была близка к райской. Молодой скинхед не вскакивал на утренний намаз в пол-пятого утра и не оповещал на полной громкости, что Алла акбар (то есть аллах велик).

Наоборот, он был как бы противником ежедневных пятикратных мусульманских молитв, если принять к сведению его личную историю. Как-то раз Бьёрн, тогда еще не достигший 18-ти лет, пил вечерком пиво с парой друзей, тоже белых, фламандцев, в одном из множества антверпенских кафе. Дело происходило неподалеку от дома Бьёрна, что и сыграло свою роковую роль в только начинавшей разворачиваться истории.

Разговор под пиво шел о марокканцах, и вообще арабах, в Бельгии и конкретно в городе Антверпене. Подвыпивший Бьёрн отзывался об этой (весьма значительной, к слову) части населения крайне недружелюбно. Его собутыльники, напротив, были настроены предельно либерально, типа – живи и давай жить другим. И как Бьёрн ни старался их переубедить – ничего не выходило, хоть плачь! Но плакать двухметровый мальчуган не стал, а попросил друзей никуда не уходить и дождаться его, потому что ему надо отлучиться совсем ненадолго. Он сказал, они продолжат дискуссию, когда он вернется.

Друзья остались пить пиво, а Бьёрн поспешил домой, зарядил папин охотничий Remington, вернулся в бар и уложил обоих друзей ислама наповал точными выстрелами в их непонятливые головы. Прибывшим полицейским Бьёрн объяснил, что покойные никак не хотели внять очевидным истинам, которые он им долгое время пытался втолковать по-хорошему, пока терпение его не лопнуло.

Судья по-отечески вник в ситуацию, учел граничащую с неразумностью крайнюю юность стрелка и наваял срок - 35 годочков отсидки. В тюрьме Бьерн стал серьезно готовиться к поступлению в университет, и я ему охотно помогал с немецким языком, пока мы делили кров. Проблема просмотра программ телевизора – основная причина склок между обитателями камер – тоже разрешилась на удивление легко.

Еще только заселяясь ко мне, Бьёрн спросил, можно ли ему ежедневно в 8 вечера смотреть мультфильм (некий местный аналог «Спокойной ночи, малыши»), и, получив мое согласие, сообщил, что все остальные 23 с половиной часа вещания в полном моем распоряжении. Чем я в свою очередь не преминул воспользоваться, тут же выключив ящик. И вот впервые за два с лишним месяца по камере разлилась сладостная тишина.

Ван Бельгиец, 2012 год.
Tags: Интересно, Тюрьма
Subscribe
promo mikle1 декабрь 4, 2013 18:13 18
Buy for 100 tokens
И ВСЕГО ЛИШЬ ЗА 100 ЖЕТОНОВ. ПОКА СВОБОДНО. Мы же открыли проект http://naspravdi.info, в котором не только материалы топ-блоггеров, но и новости с Украины. Живущие на остатках некогда самой процветавшей республики Союза вынуждены каждый миг переживать за свою жизнь, за своих близких и думать…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments