Михаил (mikle1) wrote,
Михаил
mikle1

Хлеб в обмен на оккупацию (конец)

Во всех смыслах это и был конец навязанной извне идеи об отдельном от России украинском государстве, априори враждебном ей и лояльном Австро-Венгрии, Германии, Польше и т.д. После развала СССР эта же идея получила второе дыхание. Два майдана и десятки миллиардов долларов и евро показали, что идея дохлая - никакой независимой Украины построить не удалось. Видимо, реально такой цели не стояло. Впрочем, и 100 лет назад не стояло тоже.

Вторая часть интервью с Яном Яцеком Бруским (Jan Jacek Bruski) — историком, сотрудником Ягеллонского университета (Краков), занимающимся исследованием истории Украины и польско-украинских отношений.

— Nowa Europa Wschodnia: Лозунг о создании украинского государства не увлек на Украине широкие народные массы?

https://inosmi.ru/images/24065/16/240651678.jpg

— Ян Яцек Бруский: Он имел определенное, но весьма ограниченное воздействие. Село оставалось довольно инертным и равнодушно следило за противоборством большевиков и Центральной Рады. На службе Украинской Народной Республике хорошо зарекомендовали себя только добровольческие подразделения. Особенно заметную роль сыграли отряды, которые состояли из галицийских украинцев, побывавших в плену у австро-венгерской армии. Кроме того, проявил себя Вспомогательный студенческий курень, который геройски защищал от большевиков железнодорожную станцию Круты (вот только не надо врать - разбежались и частью сдались в плен. Полтора десятка цубитых - никак не "героическая оборона" никому не нужного домика лесника - М1). Как я уже говорил, единственным спасением для Центральной Рады был союз с Центральными державами. После того, как он был заключен, те пришли украинцам на помощь и заставили большевиков отступить с территории УНР.

М1: Скажем прямо - УНР обменяла свою формальную власть на оккупацию. Еще и заплатила за это. И все последующие годы было точно так же - Петлюра продался полякам, Банрдера с Мельником - снова немцам, нынешние - американцам.

За свою поддержку Центральные державы ожидали платы: регулярных поставок зерна, однако, украинская деревня не собиралась выполнять обещания, которые дали киевские политики. А те были бессильны: у них не было инструментов, чтобы заставить крестьян подчиняться. В связи с этим Германия поддержала переворот, лишивший Центральную Раду власти. Место социалистического правительства заняли консерваторы во главе с царским генералом Павлом Скоропадским — бывшим адъютантом Николая II. Он происходил из казацкого рода, но его предки давно обрусели.

М1: Балда - казакии были всегда русскими. Никакие казаки до ХХ века себя украинцами не называли. И гетманы были разные - даже Орлик назначил себя дважды гетманом.

— Опыт службы в царской армии не помешал ему заняться созданием украинского государства.

— Такой вот парадокс. Скоропадский, которого провозгласили гетманом Украины, включил в свою команду консерваторов, связанных с украинским национальным движением. Среди этих людей был, в частности, историк Дмитрий Дорошенко, который стал министром иностранных дел. При этом основной костяк команды Скоропадского составляли русские: бывшие царские чиновники, офицеры, помещики. Какие личные мотивы им двигали, мы не знаем, но украинцы, которые поступили к нему на службу, внесли большой вклад в создание структур украинского государства. При этом несамостоятельном лидере, который не имел прочной поддержки в обществе и опирался на оккупационные войска Центральных держав, появились, в частности, два украинских университета, Украинская академия наук, зачатки национальной армии.Однако немецкие и австрийские «работодатели» требовали выполнения обещаний. «Союзники» начали вести себя, как обычные оккупанты: они реквизировали продовольствие у украинских крестьян. Сам Скоропадский, что вполне естественно, ничего не понимал в социальных экспериментах. Сельскохозяйственную реформу, которую наметила Верховная Рада, отменили, а когда деревня взбунтовалась, туда отправили карательные отряды, в которые входили немецкие и австрийские военные. Это порождало недовольство, вспыхивали крестьянские бунты.

Большевики, конечно, приложили к ним руку, но чаще всего мятежи вспыхивали спонтанно. Изначально часть зажиточных крестьян поддерживала Скоропадского, но в итоге село отвернулось от него окончательно. Кроме того, оставалось неясным, какой национальный курс избрал гетман. Последней каплей стала появившаяся в ноябре 1918 года гетманская грамота, в которой провозглашалось, что украинское государство воссоединяется с Россией. Этот документ вызвал возмущение даже у тех украинцев, которые до этого лояльно сотрудничали с гетманом. Оппозиция получила предлог, чтобы призвать народ выступить против правительства Скоропадского. Вспыхнуло восстание, во время которого на какой-то момент смогли объединиться разные украинские политические силы, а их, преследуя собственные интересы, поддержали большевики.

— В то же самое время Германия потерпела поражение на западном фронте и была вынуждена капитулировать. Таков был смысл Компьенского перемирия, заключенного 11 ноября 1918 года.

— На востоке Центральные державы войну, правда, выиграли, но было очевидно, что с Украины их силы скоро уйдут. Защищать Скоропадского было некому. После непродолжительных боев власть перешла к Директории УНР, которая руководила восстанием. Гетману пришлось тайно бежать из Киева вместе с отступающими из столицы немецкими войсками. На первый план политической жизни в восстановленной республике выдвинулись два человека: первый председатель Директории Владимир Винниченко и атаман войск УНР Симон Петлюра. Оба в начале своего пути были связаны с украинскими социал-демократами, но если Винниченко, который был талантливым литератором, но исключительно наивным политиком, остался до конца жизни доктринером, то Петлюра, как в то же самое время Юзеф Пилсудский (Józef Piłsudski), «вышел из красного трамвая на остановке "Независимость"» (отсылка к образу, использованному Пилсудским в его обращении к коллегам по Польской социалистической партии, — прим.ред.).

В последующие годы Петлюра стал символом борьбы украинцев за создание собственного государства. Директория вступила в Киев во главе, как тогда казалось, мощного движения: численность подчинявшейся ей армии оценивалась в 100 тысяч человек, что в условиях российской гражданской войны выглядело очень внушительно. Однако крестьяне, из которых в основном состояло это войско, разошлись по домам, как только главная цель была достигнута. Профессор Владислав Верстюк, который занимается историей УНР, констатировал, что верх вновь взяло сознание украинского крестьянина — «хорошего хозяина, но политического невежды».

— Большевики только того и ждали?

— Разумеется. Правда, Советская Россия заключила договор с Украиной и признала ее независимость, но когда Германия и Австро-Венгрия проиграли войну, это перестало иметь значение. Часть большевистских войск, принимавших участие в свержении Скоропадского, практически сразу же переключилась на борьбу с Директорией. В жизнь начали претворять тот же сценарий, что годом ранее: появилось якобы независимое правительство Советской Украины. Это была, конечно, лишь игра большевиков, которые считали, что для обретения власти на Днепре им нужна украинская «вывеска».

— Их расчеты оправдались?

— В какой-то мере да. Под напором красных украинским властям пришлось через некоторое время оставить Киев. Правительство УНР много месяцев подряд заседало в железнодорожных вагонах, постоянно перемещаясь по Волыни и Подолью, словно цыганский табор (такое сравнение использовал сам председатель Директории Винницкий). Это не значит, что большевикам удалось сразу же одержать верх. В это время на Украине появилось еще несколько заметных сил, например, армия анархиста Нестора Махно или интервенционные французские и греческие войска, которые высадились на юге и заняли, в частности, Одессу. Российская белая армия под предводительством генерала Деникина одержала в 1919 году несколько побед, в какой-то момент казалось, что ее поход на Москву непосредственно угрожает большевикам. Баланс сил постоянно менялся.





Нестор Махно со своим штабом

— Шансом для УНР могло стать объединение с Западно-Украинской Народной Республикой, которая появилась в Галиции после того, как Центральные державы потерпели поражение, а Австро-Венгрия распалась. Почему этот союз не оправдал ожиданий?

— 1 ноября 1918 года галицийские украинцы вооруженным путем захватили власть во Львове, а через пару недель провозгласили создание республики на территории Восточной Галиции, Буковины и Карпатской Руси. Два украинских государства, понимая, что их интересы сходятся, а военная ситуация ухудшается, 22 января 1919 года (в первую годовщину провозглашения УНР) подписали акт об объединении. Политиков двух частей Украины изначально многое разделяло. Для жителей Галиции главным врагом были поляки, а для жителей Поднепровской Украины — русские, как белые, так и красные. Свою роль сыграли также мировоззренческие отличия: галицийские политические деятели занимали гораздо более консервативную позицию, чем лидеры УНР, придерживавшиеся левых взглядов.

В результате украинский союз остался только на бумаге. Петлюра, который стал в тот момент главной фигурой в Директории, не считал принадлежность Львова и Восточной Галиции к Украине ключевым вопросом, ведь под угрозой было существование украинского государства со столицей в Киеве. Точно так же он относился к спорам с поляками на тему Холмщины и Подляшья. Галицийским украинцам такой подход казался совершенно неприемлемым, ведь в возрождающейся после разделов Польше они видели смертельную угрозу.

— Развернулось соперничество за то, кто будет руководить созданием украинского государства.

— Да. Лидеры УНР были убеждены, что ядром, вокруг которого будет выстраиваться государственность, должна стать Поднепровская Украина с ее демографическим и экономическим потенциалом и столицей в Киеве — колыбели Руси. Галицийцы отвечали: не имеет значения, что мы живем на небольшой территории, отдаленной от главных украинских центров, ведь именно у нас свободно развивались язык, народная культура, общественная жизнь, здесь вели свою деятельность эмигранты из Центральной и Восточной Украины. Галицийские политики подчеркивали, что они уже заложили основу для создания будущего украинского государства и обладают лучшей организацией и подготовкой, чем их соплеменники с востока, хотя у тех было в распоряжении больше времени. Кроме того, галицийцы располагали более многочисленными, лучше обученными, дисциплинированными вооруженными силами. Контраст между Украинской Галицкой армией и войсками Директории стал особенно заметен после того, как в июле 1919 года поляки вытеснили силы ЗУНР за реку Збруч на территорию «большой Украины».

— Помогала ли УНР галицийцам противостоять полякам?

— Им направили людей и деньги, но в целом объем помощи был скромным. Символом взаимодействия двух частей Украины стало назначение на пост командующих Галицкой армией генералов из восточных регионов страны — сначала Михаила Омельяновича-Павленко, а потом Александра Грекова. Это был важный шаг, поскольку галицийские украинцы испытывали дефицит высших военных кадров. При Австро-Венгрии украинцам не давали продвинуться по службе: они могли получить максимум звание майора или полковника.

— Последним гвоздем в гроб украинской федерации стал военный союз с Польшей, который в апреле 1920 года заключил Петлюра?

— Она распалась чуть раньше, хотя это стало последней каплей. Руководство УНР (в основном через голову галицийцев) вело диалог с Варшавой в течение всего 1919 года, в том числе во время боев на галицийском фронте. Перемирие официально заключили 1 сентября, дальнейшие переговоры были посвящены развитию сотрудничества. Отношение к Польше было основным источником противоречий между украинскими политиками, хотя на этот спор накладывались и другие темы. В ноябре 1919 года Галицкая армия оставила общий фронт и заключила союз с Деникиным, представители Поднепровской Украины сочли такой шаг предательством. Украинские военные и политические структуры находились в тот момент в глубоком кризисе: правительство и остатки армии, которая понесла большие потери от эпидемии тифа, попали в окружение на Волыни. Этот район не случайно назвали «треугольником смерти»: с одной стороны находились поляки, с другой — белые, с третьей — большевики. Лидеры УНР, которых предали галицийцы, не могли дальше сопротивляться и решили форсировать диалог с польской стороной.





Встреча Баськи с «начальником государства» Юзефом Пилсудским

В декабре 1919 года Петлюру принял в Варшаве Пилсудский. Начались интенсивные переговоры, которые завершились в апреле 1920 года заключением политического и военного соглашения, а вскоре после этого началось польское наступление на Украину. Поляки воспользовались ситуацией и навязали украинцам свои условия, в первую очередь по вопросу проведения границы. Однако для руководства УНР договор с Польшей был последним шансом на восстановление украинской государственности.

— Проект Петлюры, надеявшегося получить опору в союзе с Польшей, не увенчался успехом. Расчет Пилсудского на то, что ему удастся бросить украинский народ на борьбу с большевиками, тоже не оправдался.

— Это была сложная, хотя не безнадежная задача. Настроения на Украине менялись, в тылу Красной армии вспыхивали крестьянские восстания, которые действительно помогли польской армии весной 1920 года продвинуться вперед.

— Историки говорят об апатии украинцев, которые не оказали Петлюре, заключившему союз с поляками, массовой поддержки.

— Массовой поддержка не была, но в этом нет ничего удивительного, ведь война шла уже шесть лет. В 1917— 1920-м годах Киев полтора десятка раз переходил из рук в руки. Польско-украинское наступление оценивали, скорее, положительно, хотя в деревне к полякам относились с недоверием. Украинские крестьяне опасались, что польские солдаты начнут захват крупных поместий, которые до революции много десятков лет оставались в польских руках, но потом были разграблены. Пилсудский хотел избежать конфликтов и приказал войскам, входящим на Украину, не помогать помещикам в возвращении их имущества.

— Польская армия подчинилась этому приказу?

— В целом, да, хотя были подразделения, на возмутительные действия которых жаловался сам наш главнокомандующий. Познаньские полки отличались доблестью и хорошей подготовкой, но на Украине они занялись грабежами и в целом относились к украинцам высокомерно. В письме генералу Казимежу Соснковскому (Kazimierz Sosnkowski) Пилсудский писал: «с этими мерзавцами невозможно вести наступление: мне уже сообщают, что там, где они проходят, против нас уже готовы поднять восстания». Конечно, так было не везде. В Киеве польских военных встречали с ликованием, а поляки вели себя образцово.

— Почему Петлюре не удалось создать украинскую армию?

— Решающую роль играло время. Мобилизация на Украине, в нескольких районах, где ее удалось провести, прошла хорошо, нужно было только обучить рекрутов и дать им оружие. Если бы у Петлюры было в запасе три-четыре недели, ситуация могла бы развиться совсем иначе. Это, конечно, сослагательное наклонение, которого следует избегать историку, но у союзников было на самом деле мало времени на формирование армии и работоспособных органов украинской администрации, а тем более на то, чтобы заручиться международной поддержкой.

Запад (в особенности Великобритания) считал Киевскую операцию «польской авантюрой». Следует также напомнить, что после заключения Брестского мира, который страны Антанты сочли предательством, к украинцам относились там негативно. Были однако, сигналы, что ситуация изменится, если польско-украинское наступление увенчается успехом. Переломное значение могло иметь взятие Одессы, которое бы позволило начать поставки украинского зерна в изголодавшуюся Европу.

— После победной Варшавской битвы и сражения на Немане Польша отказалась от дальнейшей поддержки Украины и подписала в Риге мирный договор с Советской Россией. Почему, как это формулируют некоторые, «Пилсудский предал Украину»?

— Маршал был прагматиком. Он считал, что у очередного наступления на Украину нет шансов на успех. Его идея создать союз народов древней Речи Посполитой, который стал бы противовесом для России и Германии, не пользовалась большой поддержкой в польском обществе. Все склонялись, скорее, к концепции национал-демократов, гласившей, что польскую границу на востоке следует провести с учетом перспектив ассимиляции украинского и белорусского населения, живущего в этом регионе. Существование независимой Украины казалось, скорее, угрозой для польского государства, чем фактором, который позволит его укрепить. Пилсудский никогда не уступал мнению большинства и старался претворять в жизнь собственные идеи, но полностью игнорировать такие настроения он не мог.В конце 1920 года он обсуждал с группой приближенных к нему офицеров, что следовало сделать после того, как большевиков удалось разбить: идти дальше на восток, вернуться к идее федерации, занять Киев и Минск, найти новые концепции? Он отвечал сам себе: с этой задачей мы бы не справились, армия устала, народу тоже надоела война, он не понимает и не хочет претворять в жизнь Ягеллонскую идею. Следует напомнить, что во время переговоров в Риге соратники Пилсудского не имели решающего голоса. Делегацию формировало парламентское большинство, которое выступало против войны. Другой вопрос, чем считал Пилсудский Рижский мир: временным решением или прочным договором. Он, судя по дошедшим до нас высказываниям, полагал, что советская сторона в ближайшее время вновь начнет военные действия.

Сто лет назад поляки воспользовались историческим шансом на возрождение своего государства, а украинцам этого сделать не удалось. Почему?

— Дать однозначный ответ невозможно. Сами украинцы возвращались к вопросу, почему они потерпели неудачу, много раз, начав размышлять об этом с 1920-х годов. В наше время попытку детально исследовать эту тему предпринял прекрасный украинский историк Ярослав Грицак, который подверг критике прежние теории. Существовало два традиционных направления объяснения поражения украинцев. Часть историков и публицистов делала акцент на низком уровне национального самосознания украинского населения. Они выражали сожаление, что крестьянство не поддержало национальную программу интеллигенции, и даже говорили о том, что в 1917—1920-м годах украинское общество еще не было готово к независимости.

Другие исследователи утверждали, что народ подвели украинские элиты: они увлеклись доктринерским социализмом и не смогли увлечь за собой массы, занялись социальными экспериментами вместо того, чтобы приняться за формирование государственных структур, в первую очередь сильной армии. Эта критика звучала с консервативных позиций, светлым пятном в таком контексте выступало правление гетмана Скоропадского. Лишь позже исследователи подвергли более обстоятельному анализу не только внутренние, но и внешние причины поражения, обратив внимание на отсутствие благоприятной международной конъюнктуры для украинского вопроса.

— Геополитическое положение считается проклятием Польши. Украине в этом смысле повезло еще меньше?

— Несомненно. Против Украины играло также то, что международное сообщество ничего не знало об украинской проблематике. Украинцев долго считали частью большого русского народа, а украинскую проблему — внутренним делом России. Следует отметить, что появление независимой Украины не противоречило геополитическим интересам крупных держав, но не все это понимали. Подход Запада был во многом связан с инертностью мышления элит в Лондоне, Париже, Вашингтоне. Я считаю, что окончательное поражение украинцев в борьбе за независимость — это совпадение нескольких факторов как внутреннего, так и внешнего свойства, которые создали «критическую массу». Это было стечение разных обстоятельств и сочетание разных явлений. Их, как совершенно справедливо отмечает Грицак, невозможно понять в отрыве от более широкого контекста: Первой мировой войны, национально-освободительной борьбы других народов Центральной и Восточной Европы.

И под конец вернусь к вопросу, почему у поляков получилось, а у украинцев нет. Ответ на первый взгляд прост: исходное положение поляков и украинцев, позиция польского и украинского вопроса на международной арене, потенциал польского и украинского национального движения сильно отличались. Мы начали путь к независимости из совершенно разных отправных точек. Несмотря на все те преимущества, которыми мы обладали, судьба Польши, однако, не была предрешена заранее: нам помогло стечение благоприятных для нас обстоятельств. Украинцам удача не улыбнулась.

https://inosmi.ru/longread/20180217/241456311.html
Rok 1918. Dlaczego Ukraińcom się nie udało
Tags: Петлюра, Скоропадский, УНР
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo mikle1 december 4, 2013 18:13 18
Buy for 100 tokens
И ВСЕГО ЛИШЬ ЗА 100 ЖЕТОНОВ. ПОКА СВОБОДНО. Мы же открыли проект http://naspravdi.info, в котором не только материалы топ-блоггеров, но и новости с Украины. Живущие на остатках некогда самой процветавшей республики Союза вынуждены каждый миг переживать за свою жизнь, за своих близких и думать…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments